Любая картина относительно завершенного текстового воспроизведения изучаемого объекта неизбежно и независимо от желания исследователя и используемого им языка описания несет отпечаток тотальной природы объекта.  Данное фундаментальное обстоятельство указывает на возможность изучения тотальности путем адекватного прочтения ее текстового образа.
     Однако текст сам по себе не тождественен скрытому в нем изображению объекта. Означающее не совпадает не только с означаемым, но и с его образом в означающем. Текст всегда по одним параметрам избыточен, а по другим - недостаточен по отношению к содержащемуся в нем образу как целому, поскольку неоднороден по информационной полноте в своих фрагментах, несущих еще и собственное содержание. Поэтому образ тотальности в нем должен быть выявлен специальной операцией, называемой тоталлогическим прочтением  текста.
      Эта операция не совпадает с более широкой и свободной процедурой  интерпретации в том отношении, что носит в смысловом отношении более принудительный и целенаправленный характер. Она выступает не произвольным толкованием текстового материала, а как заранее заданное действие по поиску, можно даже сказать “проявлению” в нем образа тотальности, спрятанного подобно тому, как в психологических картинках-тестах контуры искомых предметов закамуфлированы множеством  других  линий фона, из которого их нужно выделить.
        Указанное прочтение можно рассматривать как искусство, данное или не данное человеку подобно умению быстро расшифровывать упомянутые психологические тесты. Но можно ради более эффективного решения данной задачи  поставить ее в рамки определенной методики, способной при минимуме творческих усилий обеспечить максимальный результат. В частности, интересующее нас выявление образа тотальности может успешно осуществляться путем анализа текста с привлечением категорий и принципов тоталлогии - учения о развивающихся целостностях, разрабатываемого в последние годы в рамках постнеклассической методологической идеи. Само использование тоталлогического понятийно-концептуального аппарата служит мощным “проявителем” образа тотальности. Оно особенно плодотворно в случае сложного и ускользающего в своей подвижности характера изучаемого целого (живой организм, общество, культура, мысль, язык, сознание, повествование и т.д).
    “Перевод” специализированных описаний разных тотальностей, или комплексных многомерных описаний одной и той  же тотальности на единый язык тоталлогии  может способствовать разработке как тоталлогии так и специфических конкретных областей познания и деятельности. Последние в этом случае получают возможность целенаправленно использовать мощное средство, эффективное тем, что оно не только удерживает достоинства  традиционных классических и неклассических подходов, а и открывает качественно новые исследовательские возможности.

Отец Евфимий пишет: «Для идентификации той или иной Церкви как поместной важна была не столько территория, на которую она распространяла свою юрисдикцию, сколько тот народ, который являлся носителем национальной духовной традиции. Территория в данном случае понималась как ареал проживания того или иного народа». И далее: «Важно понять, что именно православный народ является субъектом церковно-исторического процесса, поэтому традиционно каждая из Поместных Церквей идентифицируется как Церковь того или иного народа, а не как Церковь, находящаяся на той или иной территории. Территория, как мы уже сказали, никогда не рассматривалась как самодовлеющая единица церковного права, она всегда понималась как место, где осуществляет свою жизнедеятельность тот или иной православный народ».

Что это: сознательная ложь или искренняя ересь? Автор откровенно попирает основополагающий принцип церковного устройства, вытекающий из догмата о кафоличности Церкви. Существование отдельной церкви «для русских» в корне подрывает саму идею Церкви Христовой