Помер Майкл Джексон, настоящий любимец народа. Настоящий – в том смысле, что занимался не подлинным искусством, но коммерческой подделкой, масскультом, что наш Билан. Ни голоса ни музыки – но плясал, для певца-то, неплохо. Конечно, эта смерть вызвала фурор, это ж вам не Моцарт какой-нибудь, которого похоронили по куда более скромному разряду.

Этот отказ от цвета кожи, от дела своей расы, от идеалов предков, эта страстная мечта стать как бы белым, «влиться в семью цивилизованных народов» – как это все литературно прекрасно! Вместо того чтоб пойти в футболисты, или прыгуны, или в баскетболисты, или в боксеры, или в джаз! – в те сферы, где черные необычайно хороши и заслуженно вызывают восторги белых и их черную зависть, человек все бросил и пошел воплощать в жизнь совершенно нереалистичную мечту, и, как ни странно, ему это удалось…

Это сказка, которая стала былью. (Не для этого ли мы были рождены? Как нас учила коммунистическая песня, украденная у фашистов? Это был, как мы знаем, гимн Luftwaffe.) Это как если бы русский реально поймал говорящую щуку и она б его катала на печке и кормила с самобранки, и работать не надо. Ну, собственно, русская мечта тоже стала былью, у нас забила фонтанами дорогая нефть, и работать стало не надо. Даже дороги не построили ни одной – а на кой ляд, вон щука еще чего-нибудь учудит, и все как-то само собой образуется. Но тема дороговизны нефти как-то ушла на задний план – но ведь и М. Джексон в конце концов умер; хотя, кажется, я вам уже сообщил эту новость выше.

И кого же Джексон, как того требуют приличия от всякого классика, «в гроб сходя благословил»? Вы не поверите: лично Барака свет Обаму! (Джексон ушел, когда сделал все что мог, ему больше нечего было сказать в тени Обамы и уже б к нему никто так не прислушивался, как до того.) Друг Барак Хусейн тоже, как вы успели заметить, не в баскетболисты пошел и не в «черные пантеры», но в большую политику. Он круче самого Кассиуса Клея! Тот поменял имя, а у американского президента и без того очень звонкое и громкое отчество.

Я никогда не верил в то, что на моем веку афроамериканец (как трудно мне дается этот термин) станет первым лицом в США. Справедливости ради добавлю: еще меньше я верил в то, что секретарь обкома КПСС станет президентом демократической – скажем точнее, некоммунистической – России и что Союз развалится. Это говорит не только о том, что я политолог никакой (но хоть в этом признаюсь в отличие от вас), но и что мир изменился до крайней неузнаваемости.

Теперь вот Обама посетил Россию и вел себя у нас непринужденно и миролюбиво, и довольно естественно. И сразу стало видно, что он созвучен каким-то главным русским струнам! У нас много общего с ним! Он исключение – и мы исключение, мы с ним – не такие, как все. У него мусульманская составляющая (в виде отца) – и у нас (в виде не только даже Кавказа, но и татар центральной России и многого другого). Мы как бы хором пытаемся объяснить, что мусульманство может быть естественной и приемлемой частью немусульманского мира… Нам деваться-то и некуда, не разорваться ж на части. В одни и те же 60-е годы приблизительно одни и те же люди вешали негров – и всерьез планировали ядерную бомбардировку городов СССР. (Она кажется нереальной на первый взгляд и невозможной – пока не осознаешь, что Челябинск никак не хуже Хиросимы.)

Мне кажется, Обама куда понятней безработным тинейджерам в уральском депрессивном городке, чем московским яйцеголовым. Обездоленные провинциалы легко могут попытаться спроецировать американскую мечту на нашу скудную и невнятную жизнь. Сын простого кенийского хлопца может разговаривать с нашими гастарбайтерами через головы казенных элит, которые косны, корыстны и самодостаточны, мы им только мешаем.

При всей странности американского выбора (кому-то он кажется смешным, но у нас и такого нет) нас не оставляет равнодушными тот факт, что у нас настоящий чекист только питерский – а у них даже раса не помеха карьерному росту. А у нас социальный лифт просто демонтирован. Нету его. Когда зятя кто-то ставит министром – это лифт все-таки не социальный и не от хорошей жизни. Это обычный закон гор, который победил и на московских семи холмах.

Но что-то нас с новой обамовской Америкой и роднит. Может, самое главное. Неграм дали права в том числе и избирательные только через 100 лет после их физического освобождения. И это было, как показывает жизнь, верным решением – страну американцы построили обильную и крепкую. Когда у нас будет такая, можно и нашему многострадальному народу, который совсем недавно освобожден от рабства (короткий отпуск с 1861 по 1917 нельзя брать в расчет, поскольку потом до самого 91-го связь времен и поколений была разорвана), дать права! Звучит грубо и цинично, наверно, – но у нас же не урок обходительности в институте благородных девиц.

В обоснование этой мысли приведу тут кусок из своего старого труда про американское рабство.

«Гражданская война закончилась падением столицы южан – Ричмонда. Символично, что первыми к городу прорвались черные отряды (5000 пехотинцев и 1800 кавалерии). Еще интересней и красноречивей тот факт, что им не дали триумфально войти в город и завершить войну такой красивой яркой картинкой. Негров оттянули, и вместо них первыми в город вошли белые. Все всё в принципе поняли…

…Ситуация изменилась только в 1964 году, когда после черного марша на Вашингтон, который прошел годом раньше, в США была наконец отменена расовая дискриминация в общественных местах. Смотрите-ка, не торопились они с правами для негров, всего-то годик не дотянули до 100-летнего юбилея отмены рабства. А могли б сразу пустить черные отряды в Ричмонд, отдать им вражескую столицу на три дня, вот бы они там громили винные погреба, отрезали яйца юнкерам и насиловали б гимназисток не хуже балтийских красных матросов!»

Конечно, спешка в таких делах неуместна.

Но и тянуть кота за яйца тоже нежелательно.

Вот уже и радио изобрели, а счастья все нет.

Вот уже всех охочих к перемене мест евреев выпустили из СССР/России, а поправка Джексона – Вэника все действует.

Вот уже и педерастов венчают, а русские все еще шакалят у западных посольств, униженно выпрашивая визу…