Постсоветские пространства больны насилием. И оно приобретает все более экзотические формы. Партизаны Приморья, надписями во славу которых расписывают сегодня в России стены домов, возможно, первая примета того, что
киргизский вариант постепенно вступает в свои права и на территории России.

Глава «временного правительства» Киргизии объявила, что официальные цифры убитых занижены «примерно в 10 раз».

Официальные цифры – 200 человек.
Значит, по ее оценкам убито – около 2.000.
(Опускаю «оценку» самого «правительства», которое не только остановить убийства не могло, но и подсчитать не в силах).

Изгнано из страны – официальные оценки – около 85.000 человек.

Почти все изгнанные и большинство убитых – узбеки.

Это еще не «геноцид», но явная «этническая чистка».

Узбекистан не ввел войска.
Не порвал дипломатические отношения. Не потребовал срочного созыва СБ ООН.

ПОЧЕМУ?

Руководство Узбекистана не считает свой народ людьми?

Как на эти этнические чистки реагирует – США, ЕС, ООН? НИКАК.

По поводу 9 убитых турецких миротворцев с ножами - созывали СБ ООН.
Сейчас – тишина.

Узбеки – люди второго сорта?

Представьте себе 2000 убитых палестинцев.
Или 2000 убитых евреев. Или 2000 убитых – русских, чеченцев, грузин, осетин. Представьте реакцию – ООН, мира, сопредельных стран.

Сравните реакцию на изгнание 85.000 узбеков и изгнание сербов или албанцев из Косово.

Так на какие сорта делится человеческое мясо?
И кто делит? Мировые СМИ? Правительства? Кто-то еще?

Какие чувства это вызывает у ВАС ЛИЧНО?
Возмущение? Удивление? Согласие и удовлетворение «вот мы – русские (евреи, украинцы, грузины, чеченцы, москвичи, граждане РФ и т.д.) – ДРУГОЙ СОРТ! А ДИКАРИ этого заслуживают!»? Равнодушие, никаких чувств?

Я пытался задать такой ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ вопрос самому себе.
И не смог дать сам себе честного ответа. Во мне есть всего понемногу.

Но в любом случае, мы все получили ПРЕДМЕТНЫЙ УРОК – чего стоят ВСЕ разговоры о «правах человека», «равенстве людей», «правозащите», «гуманизме» и т.д.
«Своя рубашка ближе к телу» - вот и гуманизм. «Рубашка, которую можно ПРОДАТЬ, куда дороже чем та, которую продать нельзя» - вот и «право-лево-защита». Но правда и то, что еще 100 лет назад не было даже таких разговоров. И таких вопросов…

Но в любом случае, мы все получили ПРЕДМЕТНЫЙ УРОК – чего стоят ВСЕ разговоры о «правах человека», «равенстве людей», «правозащите», «гуманизме» и т.д.

Киргизия: насилие в возвращенной форме

   
Московский Комсомолец № 25378 от 18 июня 2010 г.
Генерал Владислав Ачалов — “МК”: прийти к власти Бакиеву помогли российские наемники
Вчера стало окончательно понятно, что ни Россия, ни США не будут направлять миротворцев в Киргизию. Конфликт пошел на спад. Но никто не может дать гарантии, что страшная резня не повторится вновь. Двадцать лет назад представители двух народов уже истребляли друг друга. Руководство Советского Союза направило в очаг конфликта десантников. “МК” нашел непосредственного участника тех событий — генерал-полковник Владислав Ачалов в 90-м году был командующим ВДВ и руководил операцией в Киргизии.
   

— На каком этапе советское руководство приняло решение направить в Киргизию десант?

— Я находился в Фергане, охранял турок-месхетинцев, у которых произошла резня с узбеками, когда мне позвонил Язов (министр обороны СССР. — Н.Г.) и поручил разобраться с новым конфликтом. В Киргизии, в Новом Узгене, вспыхнула потасовка между киргизами и узбеками. Незначительные стычки между представителями этих двух народов были там и раньше, но власти не уделяли им нужного внимания. И вот вылилось в резню... Там была самая настоящая война. Я никогда не носил бронежилет. Но в Новый Узген надел.

   

— Сколько десантников было задействовано в операции?

— Более двух тысяч человек. Туда отправили батальон с военной техникой — чтобы локализовать конфликт, надо было отрезать пути подхода как узбекской, так и киргизской стороне. Я по тревоге поднял десантно-штурмовую бригаду, которая как раз находилась в Иолотани (город в Туркмении. — Н.Г.), прибыв туда из Афганистана. Ребята прилетели на вертолетах, высадились на местном стадионе, который, естественно, был окружен, чтобы обезопасить выход и отход машин. А потом уже командиры подразделений оценивали обстановку, отправляя людей туда, где шла стрельба.

— У вас был приказ стрелять на поражение?

— Это решение принимал я. Указание было такое: если по нам начинают стрелять боевыми патронами, то в ответ надо сразу стрелять на поражение. Говорю вам прямо. Такова военная правда. Сначала, конечно, конфликтующие стороны окружали и предлагали сдаться. Если они отказываются и открывают огонь — им делают кирдык. То есть уничтожают.

— Насколько большие потери понесли десантники?

— Раненые были, а погибших — очень мало. Буквально единицы. Говорю об этом с гордостью.

— Сколько времени вам понадобилось, чтобы остановить резню?

— Сутки. Может, полтора. Нам пришлось увидеть страшные вещи. Я до сих пор помню двух изнасилованных девушек-узбечек, которые валялись на дороге. Жестокость была такая, что у одного нашего десантника крыша поехала... После этого еще около двух недель батальон оставался на месте событий, чтобы поддерживать порядок, а десантно-штурмовая бригада улетела раньше. Я, когда вернулся в Москву, доложил обо всем Язову, составили записку на имя Горбачева, и потом туда на усиление были брошены внутренние войска. Во Фрунзе (нынешний Бишкек. — Н.Г.) перебросили 138-й воздушно-десантный полк — ведь там находилась республиканская власть, ее нужно было тоже взять под защиту. В общей сложности на то, чтобы нормализовать обстановку, понадобилось около шести месяцев.

— Вам известно, удалось ли тогда найти зачинщиков беспорядков?

— Конечно, удалось. Следствие находило главарей, но судили-то их местные суды. А там все куплено. И фактически зачинщики выходили на свободу. Я, кстати, столкнулся с этим не только в Киргизии, а и в других бывших советских республиках — начиная от Прибалтики и заканчивая Таджикистаном, Узбекистаном... Потому что эти люди — назовем их “националисты”, многие из которых просто бандиты, — в глазах народа — герои. Хотя, конечно, далеко не всего народа.

— А как относилось население к вам?

— Большая часть приветствовала — в основном молодежь, женщины, старики. Мне, помню, какие только должности не предлагали, лишь бы не уезжал. Когда десантники покидали место событий, нас буквально хватали за костюмы — оставайтесь, и все. Кстати, следствие тоже предпочло покинуть Новый Узген, когда оттуда уехали мы... Ну а оголтелые националисты нападали на солдат, поджигали машины. В основном действовали они по ночам. Был еще такой эпизод: приехали на блокпост местные жители, чтобы угостить солдат пловом. Те поели. А плов оказался начинен наркотиками.

— Если сравнить тогдашнюю резню и нынешнюю — какая ситуация тяжелее?

— Сейчас ситуация тяжелее, потому что новые киргизские власти не смогли сразу взять ее под контроль. Мы-то немедленно локализовали конфликт, а они не могут. У них нет способных людей, все боятся взять на себя ответственность. Милиция боится, армия тоже.

— Что именно надо было сделать, когда вспыхнула бойня?

— Сразу назначить одного — подчеркиваю, одного, а не нескольких — человека, который бы отвечал за операцию, и направить на юг соответствующие спецподразделения. Знаете, как мы прекратили стрельбу в Тирасполе? Сказали: кто выстрелит, по тому будет нанесен удар. Молдаване — так по молдаванам, приднестровцы — так по приднестровцам. И быстро все прекратилось.

— Должна ли была Россия направить в Киргизию миротворцев?

— По большому счету, конечно, должна — там гибнут мирные люди. Когда смотришь на это варварство... У меня до сих пор картинки двадцатилетней давности перед глазами стоят. Хотя есть и другая сторона вопроса: если ты получил государство — я имею в виду киргизские власти, — управляй им... Я кстати, несколько лет назад встречался с Бакиевым, еще до того, как он стал президентом. Бакиев тогда просил меня о помощи — консультировать, организовывать, руководить... Собрать его сторонников. Приглашал для разговора в Бишкек.

— Что значит “собрать сторонников, организовывать”? Речь шла о возможности силового способа прихода к власти?

— Не хочу сейчас об этом говорить.

— И все-таки? Подготовка к первой “тюльпановой революции”?

— Вот вы сами обо всем и догадались. Я отказался. Я ж не круглый идиот. Я за свою жизнь уже насмотрелся, как это все бывает.

— Если вы отказались, то другие люди с опытом, подобным вашему, возможно, согласились...

— Конечно. И я их знаю. И они сейчас ездят на крутых машинах. Фамилий называть не стану. Это будет не по-офицерски.

— Сколько же денег предлагал Бакиев вам?

— У нас до этого разговор не дошел.

Наталья Галимова