Так подчас случается, что некий персонаж, отнюдь не всегда претендующий на главные, ключевые роли, становится символом общественно-политических процессов, влияющих на судьбу целой страны. Причем, масштаб этой фигуры зачастую никак не соотвествует объему и значению тех свершений, что ему приписывает молва. Но это уже не имеет никакого значения – образ, укоренившийся в общественном сознании, коррекции, практически, не подлежит.
Собственно, именно это в свое время произошло с шустрым и усердным волошинским порученцем Владиславом Сурковым. Мелкий кремлевский клерк постепенно превратился в символ всего самого мерзкого и отвратительного, что привнес в политическую систему России властный режим, пришедший на смену ельцинскому. Впрочем, ошибкой будет полагать, что сам Владислав Юрьевич никаких усилий к демонизации собственного образа не приложил. Еще как приложил. Он, разумеется, как фигура второстепенная глобальных задач не формулировал, но оказался весьма эффективен в деле формирования полностью управляемой системы, которая зиждется на единственном основополагающем принципе, положенном в основу путинского правления, – принципе безусловной несменяемости власти. Поэтому, когда Владислава Суркова называют могильщиком конкуретной политической среды и архитектором ее «понятийного» заменителя, с такой характерестикой сложно не согласиться. Специалист по суверенно-витринной демократии г-н Сурков оказался весьма успешным и искусным строителем самых разных муляжных общественно-политических институтов, составивших каркас путинской политической системы. За это он и ценим начальством. Скажем, наша Государственная дума, с виду действительно похожая на настоящую, на самом деле, разумеется, парламентом не является. Ее нынешняя постыдная роль – во многом заслуга Суркова. Это, конечно, не единственный пример, но, пожалуй, один из наиболее красноречивых.
Нет сомнений, что когда-нибудь какой-нибудь суд даст оценку профессиональной деятельности Владислава Суркова с точки зрения ее соответствия российскому уголовному законодательству. (Наверное, такой суд исследует роль Суркова в создании разных охранительных молодежных организаций, чья провокационная деятельность очень часто выходит за рамки закона, в принуждении различных официальных лиц к фальсификации итогов выборов – как федерального, так и местного значения, а так же – условия и источники финансирования многочисленных политических проектов, которые осуществляются под его непосредственным руководством.) Но об этом пока говорить рано. А вот о том, как поспособствовать скорейшей отставке Владислава Суркова – самое время. Тем более что условия для нее давно созрели.
У оппозиции есть два разных подхода к стратегии давления на режим. Первый зиждется на представлении о глобальной природе любых авторитарных режимов, пошатнуть которые (а тем более – разрушить), можно только нанося удары непосредственно в основание конструкции. Согласно этой теории, неразумно тратить силы и средства на борьбу с второстепенными персонажами (мелкими кремлевскими клерками вроде Суркова). Это, дескать, дичь не нашего масштаба. Такой подход, прежде всего, демонстрирует бывший премьер-министр России Михаил Касьянов.
Согласно другой точки зрения на методы оппозиционной борьбы (которой, в частности, придерживается Борис Немцов), необходимо использовать любую возможность для расшатывания пресловутой властной вертикали. Другими словами, если возникло ощущение, что из этой стены можно выбить кирпич – надо выбивать. Тем более что в последнее вермя кирпичей этих набралось уже изрядное количество – отставка Лужкова, победа «Стратегии – 31», не подписание президентом драконовских поправок к закону о митингах. Так почему не попробовать избавиться от Суркова, который действительно всем до смерти надоел?
Сегодня сложились определенные условия, которые позволяют надеяться на скорое избавление от одного из наиболее одиозных персонажей российской политики. Владислав Сурков Дмиртию Медведеву не нужен. Более того – Сурков Медведеву вреден. Особенно в больших количествах – он его дискредитирует, он его подставляет, он его ослабляет. Кроме того Дмитрия Медведева не может не оскорблять нахождение путинского клеврета внутри собственной администрации. Владислав Сурков – символ подконтрольного положения Дмитрия Медведева. Медведев никогда не сможет претендовать на реальную власть в России, не избавившись от Суркова.
Возможная отставка Суркова, несомненно, на руку оппозиции. Она ослабляет режим (как и отставка Лужкова), она усугубляет конфликт внутри властного тандема, она разрушает политические проекты, на него завязанные, она вселяет надежду в сердца тысяч гражданских и общественных активистов, она станет ясным и недвусмысленным сигналом того, что политические перемены в России возможны.
