Заметка по поводу

29 ИЮЛЯ 2014 г. АЛЕКСЕЙ КОНДАУРОВ

Соединенные Штаты, как заявил официальный представитель Белого дома Джош Эрнест, пришли к выводу, что «Владимир Путин и Россия виновны в трагедии» малазийского «Боинга». Гневный ответ российского МИДа с обвинениями американской администрации «в откровенной лжи» не заставил себя ждать, как, впрочем, и отповедь Евросоюзу,  который в представлении нашего внешнеполитического ведомства «окончательно сел ‘’на иглу’’ Вашингтона и киевских сказок». Не будем строги к специфической лексике российских дипломатов, напоминающей скорее советских времён надписи к карикатурам Кукрыниксов в «Крокодиле», а поразмышляем, каковы причины и возможные следствия столь категоричных утверждений обамовской администрации.
Было бы легкомысленно упрощать ситуацию и пытаться, как это делает МИД России, представить дело таким образом, что американская администрация тупо лжёт, возлагая вину на президента ядерной державы, недавнего полноправного члена «восьмёрки», в причастности к гибели гражданского воздушного судна с 298 пассажирами на борту. Это вам не покойного Каддафи обвинять во взрыве «Боинга» с 270 пассажирами над Локерби — слишком взрывоопасная ложь, имея в виду ядерную кнопку и газовый вентиль, на которых лежат руки московского лидера. Но даже в случае с «бескнопочным» Каддафи все обвинения впоследствии подтвердились.
Нет никаких сомнений, что прежде, чем вложить в уста (а не безобидно слить в СМИ) господина Эрнеста утверждение о виновности «Владимира Путина и России в трагедии», господин Обама провёл не одно совещание с руководителями спецслужб, армии, Госдепа, конгрессменами и сенаторами, оценивая имеющиеся в распоряжении сведения и последствия их обнародования.
Надо полагать, проблем с достоверной информацией в связи с расстрелом малазийского «Боинга» у американского президента не слишком много. Спутники, техническая разведка, собственная и СБУ, агентура, собственная и СБУ, мировые средства массовой информации — вполне достаточны для получения объективной картины.
Снимки со спутников, указывающие на место старта ракеты, ставшей роковой для МН-17, американцами уже несколько дней как опубликованы. Споров в среде специалистов о том, что это «монтаж», не слышно.
О технических возможностях «подслушивать» и «подглядывать» можно составить представление по разоблачениям господина Сноудена: они у АНБ внушительные. Было бы наивно предполагать, что «штатники» занимаются «прослушкой» и «считыванием» электронной переписки союзницы по НАТО госпожи  Меркель, но оставляют без внимания высшее руководство России. Что-что, а болтать и пробалтываться путинские назначенцы умеют — только записывай. Достаточно Рогозина с его «твиттер-поносом» вспомнить. Уж о более ничтожных кремлёвских исполнителях и говорить не стоит: распечатки СБУ в большом количестве в интернете развешены, а свои радости и горести некоторые из них ещё и в фейсбуке выкладывают.
В агентурных возможностях проникать на российский «верх» и быть в курсе происходящего не приходится очень сомневаться, учитывая зависимость властной и бизнес элит от западных банков, недвижимости, университетов для детей, бутиков для жён и любовниц. Английским и американским спецслужбистам на подготовку и засылку таких агентов, как Чапман, и тратиться не очень надо — российские VIP сами рвутся осесть в Лондоне и Нью-Йорке по соседству с МИ-6 и ЦРУ. А ребята из упомянутых ведомств деньги налогоплательщиков, надо полагать, стараются отрабатывать.
Не следует недооценивать и возможности СБУ по получению агентурной информации из рядов ополченцев и добровольных помощников, не разделяющих идеалов «русского мира». В конце концов, СБУ действует на своей территории в родной среде. 
Вполне вероятно, что, не проконсультировавшись с ключевыми европейскими союзниками и не заручившись их согласием, американцы не рискнули бы в одиночку делать заявления, превращающие в ничто репутацию президента России и кардинально меняющие международный климат. Если же проводили консультации, то не могли не представить достаточные доказательства, чтобы у европейцев не возникло воспоминаний, связанных  с враньём президента Буша-младшего, обосновывавшего вторжение в Ирак якобы наличием у Саддама оружия массового поражения.
Естественно, заявление американской администрации станет спусковым крючком для кампании в мировых СМИ, персонально направленной против Путина. Уже анонсированы августовские номера Time (где он совсем недавно был признан персоной года) и Newsweek, где на одной из обложек изображена фигура Путина, отбрасывающая тень рокового «Боинга, а на другой — его лицо в тёмных очках,  отражающих вспышку взрыва, и подпись «Пария».
Западное общество, наблюдающее на экранах телевизоров гробы, прибывающие с Украины, фотографии счастливых взрослых людей и детей, которых  не вернуть, начинает требовать от своих политиков  реакции, соответствующей масштабам трагедии. Как ни стремилась Германия избежать жесткой конфронтации с Россией, но и она вынуждена теперь озвучить через министра финансов Вольфганга Шойбле, что «экономические интересы Германии вторичны в вопросе санкций против Москвы».
Запустив пропагандистский маховик, обвиняющей Путина в преступлениях против человечности (а ничем иным убийство невинных людей не является), его невозможно остановить или открутить назад. Не скажешь же, что допустили маленькую неточность в оценке роли господина российского президента в этой человеческой трагедии. Логика же дальнейшей раскрутки маховика с неизбежностью будет ставить вопрос о международном уголовном преследовании и организаторов, и исполнителей преступления.
Нанося сознательный удар по Путину, американцы не могли не просчитывать варианты его реакции, среди которых наверняка обсуждались и возможное начало Россией военных действий на Украине, и вероятность использования загнанным в угол хозяином Кремля ядерного оружия. По всей видимости, такое развитие событий их не страшит, если они, выдвинув тяжкое обвинение, фактически исключают для Путина не только возвращение в «восьмёрку», но выводят его за «флажки», которыми раньше был отделён от Запада покойный Каддафи. Теперь не скажешь к месту и не к месту «наши американские» или «европейские друзья».
Думается, обозначению «флажков» служит и начинающееся публичное рассмотрение дела об убийстве Александра Литвиненко в Лондоне. Вряд ли это случайное совпадение по времени — чудеса в политике происходят довольно редко.
С теми же, кто за «флажками», все без исключения начинают разговаривать несколько иначе, чем прежде: более требовательно. Но об этом Путину лучше поинтересоваться у Асада — у того большой опыт нахождения на огороженной территории.
Оказавшись за «флажками», Путин лишается возможности выступать перед российской публикой в роли крупного международного игрока, отвлекая внимание и компенсируя собственное неумение решать внутренние проблемы страны. А проблемы в условиях западных санкций и экономической стагнации будут только нарастать и множиться. Содержательных проектов у властной команды нет, а если и появятся, потребуют от граждан «затягивания поясов». Перспектив для радости — ноль. Ну, разве что Крым.
Тем самым предельно сужается манёвр для Путина по удержанию рейтинга популярности на достигнутых высотах (а значит, нахождение во власти), и практически ничего другого, как наращивать антизападную риторику, приводя народные массы в возбуждение от мысли, что «нас нигде не любят», и усиливать карательную политику в отношении неугодных, у него не остаётся. Но и это лишь на короткое время оттягивает развязку.
Строго говоря, у Путина есть ещё одна возможность, чтобы лет на двадцать остаться народным любимцем: он должен превратиться в подобие Уго Чавеса, достав спрятанный от Собчака билет члена КПСС, раскулачив часть олигархата и определив конечной целью своего правления победу коммунизма в отдельно взятой стране.
Почему нет? Он лично уже знает, как в нём хорошо.