Читинская область сегодня является дотационным регионом. То есть федеральный бюджет выделяет ей финансовую помощь, поскольку, как считает Минфин, область зарабатывает меньше денег, чем ей необходимо для жизни. Отсюда ограничения в расходах на управление, невозможность участия в целом ряде федеральных программ, призванных поощрять, прежде всего, регионы-доноры и еще много других негативных для области моментов.

В то же время доходы от добываемого на территории области урана поступают исключительно в федеральный бюджет и вообще никак не учитываются в доходах самой Читинской области. Их сумма является государственным секретом и неизвестна даже областным финансистам. Похожая ситуация с доходами от добываемого здесь золота, которое, отмечу, в промышленных масштабах имеется практически во всех (!) районах области. Добавим сюда угольный разрез с углем высшего качества, проданный федералами англичанам, заморозившим разработки в целях предотвращения конкуренции своим угледобывающим компаниям, и Забайкальский ГОК, занимавшийся добычей и переработкой редкоземельных металлов и проданный, опять же, государственными структурами, в частные руки в ходе искусственно созданной процедуры банкротства.

Думаю, что о богатстве растительного и животного мира Забайкалья упоминать просто излишне. Кедровый орех, например, китайцы, в основном нелегально, вывозят десятками тонн, ничего не оставляя в бюджете области в виде доходов. При этом собственником кедровых лесов является все те же федералы, которые, в общем-то, и должны нести бремя содержания принадлежащего им имущества (статья 210 части 1 ГК РФ). Но, как мы видим, не несут. И, как собака на сене, не передают эту собственность на региональный уровень.

В целом по объему ценнейших полезных ископаемых, растительных и животных ресурсов Читинскую область можно сравнить с Калифорнией на начальном этапе ее освоения американцами. А вот по уровню жизни – с какой-нибудь занюханной страной третьего мира.

Транспортная инфраструктура на нуле, зарплаты даже региональных чиновников не выдерживают конкуренции с жизнью. Что уж говорить о простых жителях. Малый и средний бизнес в загоне, поскольку низок покупательский спрос. Потому-то люди и бегут отсюда, потому и оголяются города и поселки, готовя почву, как говорят местные ура-патриоты, для китайской экспансии.

Причем все то, о чем было сказано выше, давным-давно известно любому рядовому эксперту, любому специалисту в области экономики, государственного и муниципального управления, хотя бы раз побывавшему в Забайкалье. Почему это оказалось новостью для президента страны, смотри выше.

Что же предложил Дмитрий Медведев для развития Читинской области как президент Российской Федерации? Передать часть доходов от добычи урана? Поделиться прибылью от золотых приисков? Расконсервировать угольный разрез и вернуть ГОК в режим легальной работы? Может быть, отдать право управления лесными ресурсами на уровень областного руководства? Вовсе нет. Вот его советы руководству области:

развивать транспортную инфраструктуру,
осваивать минерально-сырьевые ресурсы региона,
развивать строительную индустрию, поддерживать и развивать малый бизнес,
развивать социальную инфраструктуру.
И еще "долбить и вкалывать по ним (вышеперечисленным приоритетам – В.А.) в ежедневном режиме".

Легко можно представить себе, о чем во время президентской речи думал губернатор Читинской области Равиль Гениатулин. Даже если отбросить нецензурную часть, остального хватило бы, чтобы прямо на рабочей встрече такой губернатор был освобожден от занимаемой должности за крамольные мысли в отношении президента.