Дмитрий: Несколько лет назад, когда был в моде антиглобализм, вышла книжка «Восстание среднего класса»1, где средний класс рассматривался не как концентрация стабильности, а как нечто чреватое самыми большими потрясениями. Те, кто устраивал антиглобалистские движения, – это люди, имевшие материальную возможность ездить из страны в страну, это не были черные окраины Парижа. Так что откуда у вас уверенность, что он является концентрацией неподвижности, опорой государства, власти и т. д.?

Алексей Левинсон: Если вы спрашиваете, откуда у меня уверенность, то у меня ее нет. Я не думаю, что те, кого сейчас зачисляют в средний класс, могут быть опорой власти. Но я так не думаю потому, что эта власть вообще не имеет опоры. Она лежит на обществе, и ничто отдельное не является ее опорой. Это просто другая конструкция. Хотя идея стать опорой посещает многих. Есть организация, которая себя назвала «Опора». У людей, которые сценарировали будущее, есть идея, что они станут опорой. Но я же говорил, что исторически вместе с выездами и особняками, на уровне генетической памяти осталось: «мы на особом месте в обществе». Значит, мы в том числе и опора. Мы – соль земли. Но из этого не получается политической концентрации. Middle class известен тем, что он произвел свою систему ценностей. Ее ругают все, кому не лень. Сейчас же то, что является этикой среднего класса, не является чьей-то определенной этикой.

Евгений Тесленко: Спасибо за лекцию. Правильно ли я понял, что, говоря о классах, в качестве основных критериев вы выделяли устойчивость и предрасположенность к несению некоего общего мировоззрения? Из вашей лекции следует что-то похожее. Но тогда правомерно ли говорить о среднем классе? Получается, что это скорее некий проект класса. Некие отдельные люди, группочки, сегментики. Ведь нельзя говорить об устойчивости, если в 1996 году было 20%, в 1998 - 5%, в 2005 – 40%, а через полгода опять будет 8%. Про мировоззрение вы тоже сказали, что единого мировоззрения нет - есть проектность. Но когда мы говорим о проектности, может быть, стоит рассматривать здесь предрасположенность к кредитам - в широком смысле? Тот, кто взял кредит, тот поверил, что мы движемся в конструктивном направлении?

Алексей Левинсон: В том, что вы сказали, я вижу две разных вещи. Первое – это укор за то, что нет определенности. Но я потратил минут 15 именно на то, чтобы показать, что ее и правда нет, и что я не занимаю определенной позиции, чтобы со мной можно было полемизировать. Вы говорите, что у среднего класса нет границ, – да, их нет. Если придет человек и скажет, что он выделяет границы по доходам, – молодец. Каждый на этом песке рисует такой круг, какой считает нужным. Нет инстанции, которая задала бы нормативное определение. Вот классы автомобилей - там критерии безусловны, а здесь каждый их вводит сам. Никто не смог навести в этом порядок, и я уж точно не собираюсь. Второе. Вы предложили взять за основу кредиты. Наверное, это тоже одна из возможностей. Хотя те, кто взял кредит на покупку сотового телефона, а их очень много...