…В программе «Время» поочередно показывали Медведева и Путина. Неведомый аптекарь составлял пропорции этого ежедневного всероссийского лекарства с большой тщательностью, и кого из нашей сладкой парочки было больше – без хронометра и не скажешь. Но кто-то из них маячил в кадре регулярно.

Поводы для появлений в кадре были удивительны!

С точки зрения профессии (назовем ее для смеху журналистикой), особенно запомнился мне сюжет, рассказывающий о том, как министр железнодорожного транспорта Якунин рассказывает премьеру Путину о проблемах железнодорожного транспорта. Вы поняли концепцию, да? Сюжет был не про проблемы железнодорожного транспорта (пропади пропадом эти мелочи!), а именно про то, как Якунин рассказывает о них премьеру! И главным событием сюжета были реакции премьера на речи министра, его кропотливое внимание к нуждам россиян…

Вторая производная медленным шагом уходила в сторону третьей и терялась вдали.

Потом (напомню, в рамках информационной программы) на экране появился патриарх Кирилл и толкнул немаленькую речь о православии. Я ждал появления следом муллы, раввина и академика Гинзбурга, представляющих альтернативные точки зрения на текущую кали-югу, но дождался только второго пришествия Путина.

Повод для этого появления тоже был второй производной, но этический блеск произошедшего затмил профессиональные подробности: премьер высказался о важности издания книг Александра Солженицына.

Твою мать, подумал я, не имея в виду ничью родословную конкретно. А просто: ТВОЮ МАТЬ.

А вот не помолчать ли ему хотя бы по этому поводу – как вы думаете, граждане? Ну, я понимаю, длина глазуновского кортика, ну, отповедь Обаме и спасение футбольной команды «Томь»… Ну еще сорок бочек арестантов, нуждающихся в этой ежедневной затычке, но – важность книг Солженицына?

Речь состарившегося офицера СС о насущной необходимости для немецкой молодежи читать Фейхтвангера. Выход Нерона с Евангелием.

Не перебор ли?