Разговор о прошедшей неделе, видимо, придется вести с городских выборов, потому что ведь затрагивающий всех аспект. Причем, проблема эта явно многослойная, как торт «Наполеон». Если ты обозреватель и сидишь на информационной ленте, то выглядит как очередное сокрушительное поражение демократии. А если «в поле», то есть дома, как обычный обыватель, у себя в квартире – то, в общем-то, никак не выглядит.

То есть, если читать новости и смотреть РЕН-ТВ, получается, что последние недобитые в годы стабилизации демократы и либералы отчаянно пытаются подсесть на уходящий поезд последних имеющих смысл выборов, а власть против них строит всяческие заговоры. И подписи не принимает, и с дистанции снимает, а демократы, бедные, и кричат, и ругаются, и на милицию бросаются, или, как Илья Яшин, который аж принес мешок калькуляторов и все их вывалил на стол, за которым сидела избирательная комиссия. Типа считайте, злыдни, калькуляторов на вас не жалко. А у злыдней только одна кнопка задействована – «С», «сброс».

Однако, если ты, кроме того, что журналист, еще и обыватель, живешь себе спокойно в округе, где тоже, по идее, должны проходить 11 октября выборы, то ситуация выглядит странно. Во-первых, никаких демократов нет на горизонте в принципе. В телевизоре, в ЖЖ они есть, а на улице, в районе их нет. Во-вторых, вообще никакого нет! Даже представителей властей. Пустота, как в космосе. И звуки не проникают в глубинный квартирный мир. Не у всех жителей спальных массивов есть Интернет, поэтому многим совершенно не ясно, что это за орган такой – Мосгордума, зачем его выбирать, есть ли возможность через него на что-нибудь влиять?

Ну, чисто арифметически возьмем: в этой Думе 35 человек депутатов, а в Москве фактически проживают 15 миллионов. Таким образом, на каждого депутата приходится по полмиллиона, или, вернее, 428 тысяч семьдесят один с половиной человек. Семьдесят один с половиной прощаем! Если эти четыреста двадцать восемь тысяч вдруг решат, что депутат для них что-то реально может сделать, они его просто задавят, как стадо слонов. Поэтому Мосгордума сидит очень тихо и сделать из него малый парламент в принципе невыполнимо.

Внизу, впрочем, еще что-то есть. Управы…. префектуры... У кого бизнес-аренда, видимо, находят подходы и топография городской власти им, возможно, понятна. Но связано ли это в одну линию с Мосгордумой или развязано, обычные горожане не знают. Если появляется новый забор по дороге на работу, он просто появляется и все.

Ясно лишь одно: раньше были Советы, они были большие, с актовыми залами. Там можно было обсуждать что районную проблему, что международное положение. Теперь Советов нет, а есть советники – что-то вроде в количестве двух человек на район, которых опять же никто никогда не видел, потому что и надобности нет в их советах. Естественно, и никаких «политических программ» в городском пейзаже тоже не просматривается, потому что кругом специальные вопросы. Типа у одних счетчики воды есть, а у других нет, и есть общий расход на объект. Как платить будем и на кого спишем убытки? На старушку пенсионерку без счетчика? Ответ, понятно, не зависит ни от либеральной доктрины, ни от государственнической. Не ясны зоны ответственности, обсуждений про это тоже никто никогда не затевал.

Да и где, простите, физически затевать обсуждения? На самом деле, в Москве де-факто существует низовая демократия. Есть владельцы квартир, то есть частники, а есть кооперативы, которые обязаны выбирать себе председателя, нанимать бухгалтера, и контролировать финансовые потоки через избранную общим собранием ревизионную комиссию. Все они пребывают в перманентном волнении, потому что ситуация все время усложняется, запутывается, а помощи и информации никакой. Все упирается в смешное. С тех пор, как Россия встала на свободный путь развития, не осталось свободных помещений в общественном распоряжении. Собрание на пятачке у лифта автоматически превращается в ссору, во дворе – либо холодно, либо никто никого не слышит.

А в воздухе витают опасные идеи. Организовывать или не организовывать ТСЖ? Выбирать или не выбирать управляющую компанию? Угрожают: вот выберите не ту управляющую компанию, а цены-то и пойдут вверх. Что делать с землей, на которой стоит дом. Оформлять ее в собственность или нет, а коли налог? Кто его будет платить, если и квартплату не со всех соберешь? Сюда бы пришли партии, но никого нет.

В почтовый ящик кидает проспекты одна лишь «Единая Россия!» У нее денег много, можно и в цвете распечатать. Читаю….«Я уверен, - пишет ее кандидат, - что даже в так называемое «кризисное время» уровень социальных расходов бюджета и всех внебюджетных фондов можно удержать от снижения. Более того – социальные расходы должны расти пропорционально трудностям, которые переживает экономика».

«Уверен», «должны» - рассчитано на маленьких детей, извольте за это голосовать! Кандидат от партии власти «уверен», что в кризисное время должно придти всем счастье. Ну, значит, дурачок у партии власти кандидат. Как это – в кризисное время все фонды растут, и расходы увеличиваются? Это не кризис, это коммунизм какой-то.

С другой стороны, демократ Яшин мне очень симпатичен с повязкой на голове. Он -  как Петька при Чапаеве. И у либерала Милова варит котелок. И Надеждин дал бы бюрократам жару, он на Жванецкого иногда похож. Одно удовольствие – видеть их на заседаниях малого парламента. И то, что «лужковская клика» плетет интриги, обзывает подписантов за демократов покойниками, мертвыми душами, и не пускает либеральных разночинцев во власть – большое безобразие. Ведь не только одни покойники за демократов и либералов голосуют, это точно! Ну, вот только чего разночинцы так лезут туда, где их не ждут? Пытаются найти формы взаимодействия, компромиссы, подтасовывают точно так же, как их оппоненты, играют в проигрышные суды? Может быть, стоит отступить, наконец, назад?

Пусть официоз делает, что хочет – тем легче критиковать. Прямо заявить: выборы в условиях имитационной демократии суть фикция, мы эту фикцию видим и в ней не участвуем. Спокойно строим гражданское общество в стороне.

Изучаем проблему, ищем помещения для обсуждений, подбираем активистов, возвращаемся в политические клубы, как во времена перестройки. Спокойно наращиваем мускулы – без драк, без эпатажа, без файеров, без безапелляционных заявлений типа «Это наш город!». Он – не наш. Политика в стиле перформанс уже не проходит. Это город ОМОНа, город бандитов, богачей, коррупционеров…. А когда расширятся ряды, связи, структуры, то и вернемся в политику. Но уже не клоунами, просителями, а распорядителями.

***

Хотел еще написать послесловие по поводу «Путина в Польше». Но тут ситуация явно зашла в тупик. Пат. Все остаются «при своих». Как будто нацлидер, пересилив себя, не отрубил в «Gazeta Wyborcza» об «аморальном характере пакта Молотова-Риббентропа». Все равно Нарочницкая продолжает бредить по ТВ: пусть поляки сначала сами на себя посмотрят! Каких-то молодых бессовестных историков снова подтянули, чтобы объяснили, как это правильно и здорово было заключать с Гитлером соглашение о разделе территорий других стран в 1939-ом. Молодые, а ментально соединились с протухшими мозгами коммунистических вождей, знают, что те хотели, о чем думали тогда…

Но тут такая штука: сама по себе вся эта сцена - «одни убийцы заключают соглашение с другими убийцами», - очевидно, не становится симпатичней по мере наложения грима. Или от того, правильные или не правильные были поляки, трусливыми или не трусливыми были французы с англичанами, и какие планы вынашивали воротилы военного комплекса США.

Планы планами, воротилы воротилами, а эта сцена - «убийцы заключают соглашение с убийцами» - останется в человеческой истории в своем изначальном навеки замершем состоянии, как в музее восковых фигур. И с этим уже ничего не поделаешь. И даже непонятно, зачем что-то с этим поделывать. Ведь осознание трагедии двадцатого века, память о ней, не разводит народы по окопам, а наоборот соединяет. Как братство людей, столкнувшихся с нечеловеческой этикой «чужих». И слава Богу, что в конце концов «чужих» побили. И слава Богу, что люди поняли: «чужие» – это не страна и не национальность.

Германия стала более демократической, чем пост-СССР. СССР прошел через ХХ Съезд. Польша вошла в Европу. И у нас с революцией 1991 года появилась надежда, что когда-нибудь станет выправляться. Однако «чужие» - уцелевшие, где-то в колбах снова проросшие, - опять навязывают народам принципы «real politic», так называемые национальные интересы, государственные морали, тянут назад Гитлера, тянут назад Усатого с Молотовым и Ворошиловым. Дискутировать с «чужими» бессмысленно, они – «чужие», они – антисистема, они - паразиты. Им важно не доказать свою позицию, а приспособиться и приспособить. С «чужими» надо тоже размежеваться, поскольку известно, что стоит только дать слабину, они нас утащат в прошлое, а мы сами станем восковыми экспонатами музея ХХ века… 06 сентября 2009, 15:45