Все-таки нельзя не отдать должное искусности Кремля и его политтехнологов. Так закрутить политическую жизнь в стране, задать правила игры и втянуть в нее массу действующих лиц - согласных и несогласных с властью. А сколько статей, бичующих власть, в Интернете! И ничего ей не делается. Наоборот, эта критика только укрепляет ее в глазах мирового сообщества. Создавая эффект свободы слова, она успешно дезориентирует западных экспертов. В результате у российской власти на Западе появилось немало сторонников, защищающих ее от наиболее последовательных критиков.
Вот почему столь ценны моменты, когда кремлевские политтехнологи и политпланировщики "проговариваются", то есть говорят нечто такое, что не обязательно или даже прямо излишне с точки зрения их тенденции. Так случилось, например, в недавней беседе Владислава Иноземцева и Глеба Павловского. Разговор шел на тему "Уйдет ли Путин?"
Иноземцев рассуждал как типичный российский интеллигент, лояльный власти и до сих пор ждущий от нее ответа на вопрос "куда должна идти страна". Он из той элиты, которая в 1999-м приветствовала закулисное решение Бориса Ельцина о выборе своего преемника на президентском посту России, а затем видела в Путине Владимира-модернизатора. "В начале своего правления, - говорит Иноземцев, - Путин как бы даже бежал впереди проблем. Он их ставил, пытался решать, и система развивалась достаточно динамично. Затем что-то произошло, и развитие остановилось". Одним словом, наступило разочарование, и сегодня Иноземцев хочет, чтобы Путин ушел.
У Павловского взгляд инсайдера, все эти годы работавшего на власть. В ходе беседы он, во-первых, подтвердил, что реальная власть в России неконституционна, а следовательно, незаконна. По его словам, Путин - это "такой неформальный институт, которого в Конституции нет... Он - верховный авторитет этой системы". Во-вторых, говоря о "клавиатуре", посредством которой Путин "работает с бюрократией", политтехнолог по сути подтвердил наличие у власти тайной инфраструктуры - сети штатных и внештатных сотрудников спецслужб и силовых органов. Эта "клавиатура" действует по законам конспирации так же, как действовала реальная власть в Советском Союзе, - вне Конституции и через тайную сеть спецотделов и особых секторов.
Многие и так догадывались, как на самом деле устроена власть в России и насколько плотно общество прошито агентами спецслужб и силовых структур. Не будет преувеличением сказать, что сегодня под их колпаком находится все население страны. Именно их сеть обеспечивает силу и прочность этой власти. Еще 12 августа 1995 года Борис Ельцин подписал закон "Об оперативно-розыскной деятельности", наделивший особыми полномочиями органы безопасности, внутренних дел, налоговой полиции, государственной охраны, пограничной службы, таможни и внешней разведки. Этим структурам разрешалось конспиративно, с правом привлечения негласных сотрудников "добывание информации о событиях или действиях, создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности Российской Федерации". С конца 1990-х власть стала пользоваться этим законом, как и законом "Об органах Федеральной службы безопасности в Российской Федерации", на полную катушку.
И что же это за политическое устройство, если не диктатура? Такая "консолидированная власть" есть именно диктатура - правда, нового постмодернистского типа. Она использует не массовые репрессии, а точечные убийства, ложь, подкуп, провокации и политтехнологии для манипуляции общественным сознанием как внутри страны, так и за рубежом.
Г-н Павловский подтвердил и этот вывод: "20 лет назад мы думали, что советская власть - это ЦК КПСС + партия + советы. Выяснилось: мы были идиотами. Оказалось, что советская власть может быть и со свободой выезда, и со свободой торговли, и с "Плейбоем".
Было бы странно, если бы политтехнолог, служащий этой власти, предлагал освободить Россию от спрута неконституционной власти, реорганизовать спецслужбы и силовые структуры и восстановить полномочия конституционных органов управления страной. У него принципиально другая задача. Он ищет способы укрепления и модернизации "политического фасада" этой невидимой, но реальной власти. В одном случае он говорит о том, что Путин "должен помочь системе консолидироваться вокруг Медведева". В другом - о необходимости усиления "политического союза Медведева с Путиным, для которого тандем становится тесной и маломаневренной формой". В третьем - о том, что Путин должен играть роль "не символического лидера партии "Единая Россия", как сейчас, а ее реального председателя, контролера и фактически хозяина".
Кстати, последняя идея впервые появилась в конце 2007 года в документе под названием "О феномене национального лидера России" за подписью функционера "Единой России" Абдул-Хакима Султыгова. Тогда г-н Павловский недовольно заявил, что "предлагаемое введение понятия института формального национального лидерства с принесением присяги встречается даже не во всех тоталитарных странах. В Советском Союзе этого не было, это существовало в фашистской Германии, присяга вождю. Это не приветствуется, повторяю, даже в деспотических тоталитарных системах, потому что это принципиально несовместимо с каким бы то ни было правовым порядком". Сегодня, похоже, рассматривается и такой вариант.
Ясно одно: нынешнее руководство в Кремле просто так своего места никому не уступит. Стенания о неуправляемости вертикали и нежелании власти "работать на общество и страну" тоже льют воду на мельницу власти, потому что подкрепляют ее легенду прикрытия. Суть этой легенды в том, что только эта власть, несмотря на всю свою коррумпированность, способна сдержать темную стихию под названием российский народ.
Первым реальным шагом оппозиции, представляющей интересы народа, должно стать требование к власти "открыть лицо".
25.03.2010 10:41
Ирина Павлова
