Александр Васильев: «Легенда моды в джинсах не ходит!»
Published: August 13, 2010
Историк моды Александр Васильев в особых представлениях не нуждается. После того, как он сменил Вячеслава Зайцева в телепрограмме «Модный приговор», Васильев стал кумиром для всех, кто интересуется модой. Его книга «Красота в изгнании» выдержала пять переизданий на русском языке и одно – на английском. Недавно вышла в свет его новая книга «Русский Голливуд». «Месье Алекзандер», как его называют во Франции, поведал в эксклюзивном интервью «Новому русскому слову» о том, насколько долог век «высокой моды» и в чем секрет одежды «от кутюр».
– Считаете ли Вы, что процессы глобализации, экологическое движение, большая популярность готовой одежды – все это убивает высокую моду?
– Дома высокой моды не выживают и закрываются один за другим. В первой половине 20-го века в Париже было более 30 Домов моды, сейчас осталось семь или восемь в зависимости от сезона. И эти дома либо дышат на ладан, либо представляют собой гигантские концерты. Dior и Channel – классические примеры. Теперь коллекции носят рекламный характер, они необходимы, чтобы поразить зрителя и заставить вновь обратиться к марке для приобретения хотя бы самой малости: флакона духов, сумочки, кошелька с логотипом, солнечных очков, пояска, колготок. Чего угодно…
Рассчитывать, что сейчас – а в Европе до сих пор кризис – найдутся покупатели на модели от кутюр – это утопия. Ведь модель от кутюр стоит €8 тыс. Самая дешевая. А дорогие свадебные платья могут стоить €200 тыс. В каждой коллекции от кутюр должно быть 60 моделей. Значит, чтобы выжить, нужно продать десяти клиенткам по шесть моделей два раза в год или шести клиенткам по десять моделей. Если посчитать общую сумму, то надо, чтобы раз в год покупатель приходил с миллионом евро. На две коллекции нужно два миллиона. Таких клиентов осталось очень мало, но они есть. Чаще всего – это ливанские или арабские женщины.
Проблема кутюра – не глобализация, а смерть монархии. Демократия убила кутюр. В мире перестали существовать поводы для ношения этих роскошных нарядов. Когда в Европе жили монархи, они играли значительную роль: были коронации, свадьбы, крестины, похороны, балы. Такие платья были необходимы.
Сейчас у нас остались церемонии вручения Оскара, Сезара и «Розовый бал» в Монте-Карло. Только здесь нужны длинные платья. На остальных мероприятиях дамы могут обойтись коктейльными.
...
– А остается ли национальное своеобразие моды?
– Пока – да. Оно, прежде всего, зиждется на канонах красоты, которые существуют в каждой стране. Согласитесь, представление о красивой китаянке не похоже на представление о красивой итальянке или красивой украинке. Это – разные взгляды на женскую красоту.
...
Это уже говорит о стиле. В Европе все-таки в моде вещи по фигуре. Там женщины готовы иногда прилагать усилия, работать над своим внешним видом. Стиль англичанки отличается от стиля француженки или немки, но богаче всех одеваются жительницы СНГ. России, Украины, Казахстана, где женщины до сих пор подвержены «брендомании», обожают логотипы и выдают собственную безвкусицу за вкус известных кутюрье.
...
http://www.nrs.com/?p=3470
См. "Глянец" А. Кончаловского. 
