Одинокий голос человека
Александр Сокуров - о своих надеждах и тревогах
...
александр сокуров: Принято считать, что искусство разнообразно, не ограничено во времени и в пространстве и продолжает развиваться. Это заблуждение: на самом деле все основные позиции, как и все буквы алфавита, уже названы, речь в искусстве уже сложилась. Здание построено. Новизна может быть лишь в том, что в этот храм может войти новый человек и своим светом внести в него что-то по-настоящему новое. Свою душу. Моими проводниками были и остаются Тютчев, Лермонтов, Бернс... Фолкнер, Манн, Достоевский, немецкая литература эпохи Гете... Это люди, сформировавшие цивилизацию, я их постоянно перечитываю, потому что литература - это воздух. Но художественная конституция - живопись, и поэтому Эль Греко, Тропинин, Рембрандт, американский художник Эндрю Уайет, великий англичанин Тернер. Он предвосхитил многие вещи, за которые потом французские импрессионисты получали бонусы от европейской цивилизации.
...
и: Вы работаете над экранизацией "Фауста". Расскажите, пожалуйста, как идет процесс.
сокуров: У нас было крайне мало времени для такой огромной исторической картины, а смета очень скромная, и съемочный период потому короткий. Но я доволен тем, что судьба меня свела с блестящими европейскими актерами, что работаю с выдающимся специалистом в сфере немецкой литературы Мариной Кореневой из Пушкинского дома - для меня это гарантия грамотного обращения с текстом и драматургией, поскольку фильм на немецком языке. Оператором у нас Брюно Дельбоннель из Голливуда, этот человек участвовал в съемках "Властелина колец" и снимал последнего "Гарри Поттера". Сейчас я имею в виду даже не столько художественный уровень, а его технологический масштаб, калибр подвластной ему машинерии. Удалось собрать вокруг фильма ряд редких и крупных фигур.
...
и: В прошлом году я участвовала в выездном заседании ВООПиКа в Петербурге, где вы ярко выступили против строительства "Охта-центра". За принципиальность вас наградили всероссийской премией "Хранитель наследия". Однако, наблюдая за вами, нельзя не заметить, как вы бываете удручены...
сокуров: Это правда. Меня крайне беспокоит то, что происходит у меня на родине.
и: Вы имеете в виду культуру?
сокуров: С культурой все понятно - идет война. Я имею в виду общественную жизнь: разгоны демонстраций, применение силы против людей достойных. Моего авторитета не хватает, чтобы как-то повлиять. Иногда просто начинаю по-настоящему бояться за судьбу страны, в гораздо большей степени, чем при Советах. По поводу "Охты" я и с Путиным говорил... Что еще осталось? Пойти и лечь там всем? Понятно, что сгребут и отодвинут. В Петербурге нет никаких авторитетов ни для кого - кто угодно будет избит и уничтожен.
и: Вы сказали, что разговаривали с премьер-министром. Какова была его реакция?
сокуров: Я говорил не только по поводу "Охты", но и о недопустимости строительства высотных зданий рядом с Новодевичьим монастырем в Москве, фотографии ему показывал. Он терпеливо слушал. Это было больше года назад, он же помогает финансированию "Фауста" через различные фонды. Только благодаря его помощи эта картина и стала сниматься, Министерство культуры денег не давало. Я уже столько писем написал, никакого от них толку. Все знающие, толковые и честные люди, как правило, в возрасте. Никогда не видел среди противников строительства этого безобразия ни одного студента архитектурного института. Это волчья стая. Я наблюдаю их и в Петербурге, и в Москве, и в Пскове. Во всех русских городах эта стая уже поселилась. Ходят по городу, метят. Где пометили - там все будет снесено. Эту сцепку строительного капитала, городской власти и архитектурных мерзавцев чрезвычайно трудно разорвать - гигантские барыши и цементируют их, и защищают. У нас же в руках только законные способы, а законными способами прекратить этот вандализм нельзя. Все знают: по закону в Петербурге строить здания выше ста метров нельзя - и собираются построить высотой в четыреста. Откуда же после этого уважение к законам, доверие к власти - откуда оно возьмется?