Острый конфликт, закончившийся отставкой Юрия Лужкова, показал, что в России происходит постепенное возрождение политики. И президент Дмитрий Медведев, и теперь уже бывший мэр Москвы вели себя в этой истории как политики – жесткие, умеющие делать большие ставки и идти на риск.

Ситуация с Лужковым выглядит проще. Мэр выглядел предельно прагматичным политиком, успешно адаптировавшимся к реалиям «управляемой демократии», которым свойственны симулякры, подменяющие собой настоящую политическую конкуренцию. Свою идентичность он отстаивал, привычно критикуя Чубайса и Кудрина, что спокойно воспринималось на высшем уровне (в самом деле, Кудрина, не имеющего собственных электоральных амбиций, ругает даже лояльнейший по отношению к Владимиру Путину Михаил Леонтьев – и употребляет формулировки пожестче лужковских). Зато в Москве и «Единая Россия», и официальный кандидат в президенты могли рассчитывать на гарантированно высокий результат. Единственная попытка проверить, совместно с Шаймиевым и Рахимовым, на прочность новоизбранного президента Медведева (по вопросу о восстановлении выборности глав регионов) быстро завершилась тихим отступлением.

И вдруг речь зашла о добровольно-принудительной отставке, слегка компенсированной переводом, к примеру, на политически бессильный пост спикера Совета Федерации. Как будто речь идет о рядовом губернаторе, а не человеке, ставшем эпохой в истории Москвы (с одной поправкой – рядовому губернатору, скорее всего, предложили бы рядовое сенаторское место). Да к тому же в рамках принуждения против мэра был дан демонстративный залп из орудий трех телеканалов. И именно тогда Лужков вспомнил 90-е годы, когда он был мощным федеральным игроком, которого опасался Кремль, лидером общероссийского движения «Отечество», кандидатом на пост премьера. Отсюда не просто отказ от капитуляции, но и беспрецедентный ультиматум, который московский мэр поставил президенту в своем письме – либо тот отправляет его в отставку, либо наказывает участников кампании против него, то есть государевых людей. Аппаратному маневрированию Лужков предпочел логику азартной политической игры – и его демонстративный выход из «Единой России» сразу после отставки является ее закономерным продолжением.

У Медведева не оставалось оптимального решения – увольнение популярного мэра может вызвать тихое, но сильное неприятие москвичей, которые могут почувствовать себя оскорбленными. Отказ уволить его грозил сильнейшими репутационными рисками – даже если письмо Лужкова не было бы обнародовано, то сам факт отступления главы государства элиты, безусловно, запомнили бы надолго. И авторитету президента был бы нанесен непоправимый ущерб. Опыт Ельцина и Путина свидетельствует о том, что глава государства в критической для себя ситуации не может отступать – в противном случае он разделит судьбу Горбачева (другое дело, что в более спокойные моменты компромиссы возможны, а часто и необходимы). В данном случае имеется в виду сугубо прагматический подход, а немаловажная для политики нравственная составляющая остается в стороне.

И здесь уже Медведев повел себя как политик, идущий на риск ради сохранения своего политического будущего. В данном случае – ради того, чтобы продемонстрировать «городу и миру», что его стремление баллотироваться на второй срок вполне серьезно и что он способен принимать волевые «президентские» решения. Отметим, что фактически Медведев уже начал подготовку к избирательной кампании, что видно по многим признакам. Послание президента в нынешнем году будет носить ярко выраженный социальный характер, то есть оно будет обращено не только к элитам и наиболее «продвинутым» группам общества, но и к будущим избирателям, для которых именно эта тематика является приоритетной. Президент в последние недели посещает провинциальные магазины, интересуясь ценами на хлеб и вызывая восторг покупателей. Вместе с Виктором Януковичем он участвует в автопробеге – подобных действий с его стороны раньше не наблюдалось.

Есть и другие признаки, уже связанные не с имиджевыми ходами, а с сущностными решениями. В ходе кампании действующему президенту надо будет предъявить обществу не только планы на будущее, но и результаты своего первого срока. В этом ряду – реформа МВД, которую Медведев инициировал; более того, он внес существенные изменения в ее ведомственный проект, не только переименовав милицию в полицию, но и стараясь внедрить западные принципы поведения полицейского, предъявляющего задержанному свой жетон и зачитывающему ему его права. Создан самостоятельный Следственный комитет, который может стать основой для формирования единого органа следствия, чему активно сопротивляются «силовики», способные потерять в результате часть своих полномочий. Быстро завершается процесс вступления России в ВТО – переговоры по этому вопросу, проходящие в Женеве, могут завершиться уже на этой неделе.

Только что президент демонстративно уволил со службы генерала, представившего недостоверные данные о своих доходах и имуществе – это первый такой случай, который должен стать «знаковым» для остальных чиновников. В этой ситуации Медведев не мог позволить себе поражения в борьбе с Лужковым. Поэтому он сместил мэра уже через несколько часов после передачи письма-ультиматума.

Таким образом, политический стиль начинает возвращаться в современную российскую жизнь, хотя этот процесс и носит противоречивый характер (процесс подбора кандидатуры нового мэра проходит в привычном аппаратном формате). Интересно, что параллельно происходит и активизация процессов в политической сфере – от создания оппозиционной либерально-консервативной коалиции до появления движения «Россия, вперед!», которому «Единая Россия» тут же начала создавать одноименную альтернативу. Похоже, что в ближайшее время наблюдателям предстоит увидеть немало интересного.

Автор — первый вице-президент Центра политических технологий