Оценки
Поводом написать этот опус послужили материалы «Третьих Ходорковских чтений». Сожалею, что только сейчас ознакомился с их содержанием. Хотя как знать, ложка дорога к обеду.
Прежде всего, меня привлекли мысли некоторых участников чтений, мнению которых я бы выразил свою солидарность:
«Я убежден, что 1917 г. был в значительной мере предвосхищен и предопределен в десятилетие, ему предшествовавшее» (В.Л. Шейнис)
«Наш нынешний режим почти полностью вытекает из ельцинского. Почти все наши негативные процессы начались вовсе не при Путине». (Б.Л. Вишневский)
«Основные издержки периода 2003-2008 годов (и шире, поскольку главный выбор был сделан раньше, в 1990-е), заключаются в том, что народ (здесь можно говорить «массы», «население», «общество») остается там, где он есть, и поддерживает власть потому, что ему не было предложено внятной альтернативы, основанной на его реальных социальных интересах». (Т.Е. Ворожейкина).
«Мы имеем дело с длительным, чрезвычайно длительным, захватывающим несколько поколений процессом разложения советской системы, идущим с разной скоростью и в разных сегментах. Сегодня проблема заключается не в том, что путинский режим узурпировал власть, а в том, что не произошло разделения ветвей власти. Это главное. Не произошло реальной структурной дифференциации в обществе». (Л.Д.Гудков).
Тактика
Содержание дискуссии в ходе чтений выходит за рамки приведённых здесь высказываний, но и они позволяют мне от оценок прошлого перейти к альтернативам на будущее. Но прежде несколько слов о тактике.
С точки зрения Ворожейкиной, «вопрос не в том, сотрудничать нам или не сотрудничать с властью. Вопрос в том, как с ней взаимодействовать, какая переговорная сила будет у демократов, чтобы иметь возможность воздействовать на результаты этого сотрудничества». По мнению Ворожейкиной «такую переговорную силу может дать только опора на независимые социальные движения».
Прежде чем усомниться в потенциале, на который Татьяна Евгеньевна предлагается опереться демократам (не подвергая сомнению, значимость этих сил), хотелось бы развить её мысль о формате «сотрудничества» с властью.
Какой бы игровой вид спорта мы не взяли, зрелище нам обеспечивает не сотрудничество противоборствующих сторон, но их взаимодействие. Порою жёсткое, жестокое, на грани жизни и смерти. Не переходя при этом границы, за которой оно превращалось бы в гладиаторский бой – борьбу не на жизнь, а на смерть.
Я это к тому, что взаимодействие с властью, которым упрекают одни оппозиционеры – других, вовсе не означает потакание режиму. Но в любом случае, такое взаимодействие даёт надежду на жизнь. Не сладкую, горькую, но всё же жизнь.
В этом смысле мне близка позиция Шейниса, спроецированная им на прошлое:
«Я склоняюсь к тому, что в споре П.Милюкова с В.Маклаковым, отразившем раздвоенность стратегии главной либеральной силы России — кадетской партии, прав был Маклаков, ориентировавший своих товарищей на поиск партнеров в расколотой власти, на сотрудничество с ними, а не на выдвижение популярных, приносивших голоса на выборах требований, с которыми кадеты все равно не могли угнаться за своими партнерами слева. Игра была проиграна до 1917 г. Русские либералы не усвоили то, что им объяснили в 1909 г. авторы «Вех».
Так сталкиваются — и не только в российской истории — два принципиально разных подхода. Один — чтобы закрепить возможное, революция (реформы) должны идти дальше. Другой — при неустойчивом равновесии в правящей элите, вступившей на путь реформ, опасно чрезмерным давлением на власть подыграть реакционерам, консерваторам.
Доводы могут быть приведены как в защиту одной, так и другой стратегии. Важно лишь реалистически оценить риски и последствия, ибо разные ситуации требуют разные линии поведения. Жесткая антивластная позиция на все времена симпатична радикалам, но едва ли всегда плодотворна. Во всяком случае, нетерпение российских либералов и демократов сыграло свою роль в крушении перестройки».
Полагаю, что и следование жёсткой альтернативе путинскому режиму может не столько его демонтировать. Но и опрокинуть саму его, режима, перестройку. Отсюда и предлагаемые мягкие альтернативы.
Альтернативы
Переходя, собственно к альтернативам, я хотел бы предложить либерал-демократам двуединую линию поведения. Это и поиск партнеров в расколотой власти, сотрудничество с ними (либеральная составляющая). И внятная альтернатива для всех – всеобщее, равное, прямое избирательное право (демократическая составляющая).
Что касается поиска партнеров во власти, то таковым мне видится «Правое дело» - партия, создание которой инициировано одним из осколков Кремля. Осмелюсь предположить, что само образование такой партии свидетельствует о расколе власти. А раз так, то «Правое дело» можно рассматривать, и как канал взаимодействия одной из группировок Кремля с потенциальными своими союзниками вне «Правого дела».
Внятная инициатива, надеюсь, прозвучит из уст «Солидарности». Пока же она сама есть хлипкое образование. Внутри «Солидарности» просматриваются три группы интересов, озвученных Новодворской, Илларионовым, Егоровым.
Первая группа обременена прошлыми связями с СПС. Её апологетом, по смыслу сказанного Новодворской, является Немцов. Условно «его группу» назову праволиберальной.
Интересы второй группы, озвученные Илларионовым, представляет ОГФ в лице Каспарова. Этакие всеядные либералы – либералы без границ.
Интересы этих двух групп прямо противоположны друг другу.
Связующим же между ними звеном, является третья группа. Условно назову её группа-центр. В большинстве своём это яблочники. Большею частью питерские. Полагаю, что именно эта группа и скрепляет всю «Солидарность», охраняет её от сползания к праводельцам и другороссам.
Очевидно, чтобы сохранить целостность «Солидарности», нельзя допустить преобладания в ней какой либо из групп крайнего влияния. Ещё бы лучше, укрепить позиции центра.
Условия
Расщепляя потенциал «Солидарности», я попытался спрогнозировать возможности во взаимодействии «Солидарности» и «Правого дела». А уж через это «сотрудничество» и возможности взаимодействия «Солидарности» с «глобоклептократами».
Взаимодействия между ними я не исключаю. Вопрос, разве что, на каких условиях? Прежде всего, на каких условиях «Солидарность», при посредничестве, как вы понимаете, «Правого дела», могла бы проявить лояльность к «глобоклептократам» в их противостоянии с «национал-клептократами»?
Поскольку речь, по сути, идёт о сделке, то её условия, по-видимому, должны будут удовлетворять обе договаривающиеся стороны - «Солидарность» и Президента. А именно:
1. Сохранение Президента у власти.
2. Изменение функций Президента во власти.
Думаю, «Солидарность» могла бы поддержать Президента у власти при условии изменения полномочий Президента во власти. Рокировка «всех» полномочий Президента на его полномочия в качестве «Главы федеральных органов исполнительной власти», мне представляется возможной и оправданной для демократических преобразований институтов власти. Более того, могла бы послужить и залогом последующего взаимодействия. Но уже в интересах всех.
«Сдерживайтесь, господа. Но не бойтесь. Это то немногое, чем мы можем помочь Россиивыбраться из дурной бесконечности».
