Вот же ядовитая дама!

У нас народ вообще не любит тех, кто хоть чем выделяется... Мы любим похожих на себя, сереньких и скромненьких

Мифы телевизором не развеешь, даже если в прямом эфире будет целыми днями говорить  "рыжая бестия". Через мозги тут не доходит.
+1+-

Зато мы любим великих душегубов: Сталина, Петра, Грозного.
Повторюсь: последнее время стал посматривать на 5 канале "суд времени".  Млечин еще ничего не сказал, а против него уже 90% телезрителей.  И эта цифра практически не меняется. Мифы телевизором не развеешь, даже если в прямом эфире будет целыми днями говорить  "рыжая бестия". Через мозги тут не доходит.

Голосование страны
7 ОКТЯБРЯ 2010 г. АНАТОЛИЙ БЕРШТЕЙН

Прошло уже три месяца с момента выхода передачи «Суд времени» на Пятом канале. Посмотрев первые выпуски, я написал небольшую критическую заметку. Мне показалось, что формат шоу не дает возможности для объективного и обстоятельного разговора, а в таких условиях всегда побеждают страстные и актерствующие персоны с популистскими взглядами, а не интеллигентные, умеренные и знающие.

Тем не менее, телешоу я продолжал смотреть. Потому что при всех издержках передача, набрав обороты, стала смотреться. Хотя по-прежнему чаще была интереснее психологически, реже исторически.

Многочисленные рецензии в блогосфере говорят о том, что многие, пусть с разным отношением, но обращают внимание в первую очередь на «голосование страны». Одни с сожалением констатируя, какие мы «дремучие и необучаемые», другие торжествуя, что «никакие манипуляции Сванидзе и Млечина не обманут наш народ».   

И вот это удивительное постоянство, с которым телевизионная аудитория подавляющее большинство голосов неизменно отдает позиции Кургиняна, кого бы тот ни представлял — обвинителя или защитника, —подтолкнуло меня написать еще один комментарий к «Суду времени».

Первоначально безумные цифры интерактивного голосования телезрителей даже обескураживали. (Хотя в том, что Кургинян представляет более массовый электорат, у меня никогда не было сомнений.) Потом пришло как минимум осознание того, что аудитория этих активных телезрителей все же очень невелика: согласно интернет-голосованию, от одной до пяти тысяч человек. Цифра вряд ли репрезентативная и отражающая, возможно, в первую очередь стойкость и дисциплинированность поклонников риторского искусства Сергея Кургиняна. Так что «голосование страны» не есть некий объективный феномен, а больше напоминает какой-то фокус-покус. Не могут — по всем вопросам — цифры застывать, как каменные изваяния, как будто их кто-то очень сильно раз и навсегда напугал. Это скорее напоминает какие-нибудь выборы в известных республиках, дающих  власти голоса своих избирателей «на гора». 

А вот что по-настоящему интересно, так это голосование в студии. Вживую.  Эти результаты сильно отличаются от «общероссийских». В чем причина? Вряд ли это специально подобранная московская аудитория, на которую  магия Кургиняна не действует. Нет, здесь похоже что-то другое: на глазах у этих, условно назовем их, обыкновенных людей происходит вся состязательная драма — с купюрами. Они не имеют возможности отойти от телевизора, они видят происходящее «со всех камер», наблюдают полную гамму страстей, видят и чувствуют прямой эфир, а не монтажный вариант. И, судя по всему, для них, как для присяжных, погружение в тему способствует росту сознания. И если предположить, что социологически корректно  подобранная телеаудитория есть до некоторой степени образ страны в минимасштабе, значит, не все потеряно, овчинка стоит выделки, а игра — свеч.

Вообще за эти месяцы режиссура передачи немного изменилась. Ведущий занял более активную позицию, его личная точка зрения не ограничивается теперь кратким резюме в конце передачи, а звучит в преамбулах к уточняющим вопросам, а также в уточняющих справках уже от историка Сванидзе, ощущается она и в эмоциональности, с которой все произносится.       

Можно, конечно, поставить «на вид» арбитру за определенную ангажированность. Но не будем лукавить: беспристрастных персонажей в таких дискуссиях не бывает. И вот полемика приобретает все более бескомпромиссный характер, трансформируется в сторону жесткого состязательного процесса, в каком-то смысле прения амбиций; «адвокат» и «обвинитель» пытаются подловить друг друга, использовать всяческую возможность, чтобы дискредитировать соперника и воспользоваться ситуацией. Этот стиль, эстетику задал Кургинян, а Млечин был вынужден принять эту игру почти без правил, в противном случае он бы раз за разом сокрушительно проигрывал. И поэтому он стал агрессивнее, злее, наступательнее. В чем-то проще и понятнее. И результат не замедлил сказаться.

Аудитория в студии голосует за Млечина и его свидетелей. В общем, теперь аплодисментов известный телеведущий и писатель собирает больше, да и процентов в свою пользу тоже. Правда, повторяю, изначальная цель немного трансформировалась, редуцировалась, и авторы передачи все равно стали играть по «правилам Кургиняна», на его территории, где тот более органичен. Поэтому, в известном смысле, Кургинян все-таки победил. Поскольку речь в «Суде времени» чаше идет не о Хрущеве или Гайдаре, а о поединке Кургиняна и Млечина.

Это печально, но такая метаморфоза была заложена в концепции передачи.   

Главный девиз Сергея Кургиняна — «Огонь по штабам» (лозунг Мао Цзэдуна, призывающий искать врагов в высших кабинетах и положивший начало Культурной революции в 1966 году). Его нехитрая мысль, как, впрочем, и многих других сторонников концепции «реальной политики»:  миром правят элиты-кланы-группировки. Не в хаосе случайностей, не в лабиринте закономерностей, а именно в недрах кабинетов всевозможных чиновников и интеллектуалов рождаются идеи, заговоры, интриги, влияющие на политику власти, а точнее, определяющие ее.

Меня не покидает мысль, что, причисляя себя к элите и рассматривая всю историю через призму заговоров и сделок, эти люди просто пытаются подчеркнуть собственную значимость. Откровенно саркастическое отношение многих из них к возможности моральной политики удручает, не говоря уже о том, что приучает население к мысли о неизменности происходящего: всегда было так, везде было так, и так и останется. Мы не первые и не последние. Такова жизнь. Этот циничный взгляд на историю, выдаваемый за прагматичный и мудрый, развращает душу, легимитизирует закон джунглей, лишает веры в справедливость и ослабляет волю к сопротивлению.

Неслучайно в одной из передач, посвященной деятельности Хрущева, был, на мой взгляд, показательный момент: уставший Леонид Млечин вдруг отказался от своего права задавать вопрос противоположной стороне. И аргументировал это приблизительно так: какой смысл задавать вопросы, если по одну сторону сидят сталинисты, а по другую антисталинисты. Одни считают Сталина великим преступником, а другие — великим руководителем государства.

Однако нельзя не отметить, что авторам и ведущим удалось наладить более или менее цивилизованный разговор, дискуссию, в которой с обеих сторон, как правило, принимают участие настоящие эксперты. Хотя собственно диалога по-прежнему не получается. Да его и трудно добиться в условиях «идеологической» борьбы.

…В «Письмах о пользе изучения истории» английский писатель и государственный деятель лорд Болингброк обращал внимание на типы историков, различающихся по степени вреда, наносимого ими истории. Самыми вредными он считал тех, кто путем конъюнктурной обработки создает из известного набора фактов свои или продиктованные властью версии истории, превращая ее таким образом в набор мифов, легенд и сказок. Вот и в современной России попытки разобраться в нашем прошлом очень часто напоминают фанатские разборки. Фанатское отношение к истории означает не только пристрастный, но и, как ни странно, беспредметный взгляд на нее. Потому что фанатов волнует не столько сам, к примеру, футбол, а изготовление баннеров, составление хлестких речевок, закрикивание и засвистывание оппонента. Вот и напоминают, подчас, наши публичные дискуссии не столкновение исторических точек зрения, а заурядное фанатское дерби.

«Суду времени» все же удается этого избежать, хотя и не совсем без болельщицкого пафоса.

Но читала в ЕЖе статью Берштейна про эту передачу. Он утверждает, что голосование в студии сильно отличается от голосования телезрителей, то есть студию Млечину всё же удаётся убедить

Ув. Реалистка, Тамба в России живет давно и все еще надеется,

Зато мы любим великих душегубов: Сталина, Петра, Грозного.

Посмотри "суд времени" и может тогда поймешь народную любовь.

несправедливость нашего времени.

А Брежневское время справедливое было?

А можно назвать брежневское время псевдосправедливым? Ведь по телику показывали одни успехи, о катастрофах внутри страны вааще не сообщали, интернета не было и при желании можно было жить в иллюзорном мире, если конечно забыть об очередях. Кроме того партия обещала райскую жизнь через какое-то время. А счас ничего не обещают, кроме кирдыка.

А еще мы были молодыми. Поэтому все равно ностальгируем.

Я бы назвала его тухлым....

Так в чем несправедливость нашего времени?