А это плохо что по своему?

Демократия (договор, закон) есть везде.
Просто в Сомали - простой договор (закон): у меня ствол, у тебя - нет.
Без всяких затрат на махинации с выборами.

Сожалею, что вы не можете понять такой простой вещи.
А Бенджамин Франклин написал и имел ввиду именно то, что написал.
И что реализовано во второй поправке к Конституции США.

Другое дело, что демократия по-русски - это когда собственники борются за власть, а бюрократы - за собственность.

Остальные нервно курят в сторонке.

Коллега Диоген! Вы нашли замечательную статью с замечательной аргументацией, которая может убедить даже непробиваемого совка.
Нет народа в РФ - ошибочное утверждение. Народ есть, только в нем очень много непробиваемо-пассивных.
Если в России есть хотя бы пять нормальных человек, значит все в порядке. Они и есть народ.
Начать двигаться в правильном направлении могут эти пять человек. А остальные присоединятся позже.

большая дорога начинается с маленького шага..

Владислав Тарасенко

Унитаз – это символ идеальной организации. Это кибернетическая система с обратной связью. Вода наполняет бачок до определенного уровня, на котором включается автомат и система ждет нашего управленческого воздействия – то есть, решения о том, чтобы смыть дерьмо (наше или еще чье-то).
В этой схеме мира, дерьмо - это архетип реальности. Мир – это дерьмо. Хаос. И только грамотно отстроенные организации (с правильными обратными связями) и управленцами, умеющими принимать решения (вовремя дергать за ручку унитаза) могут с этим дерьмовым миром хоть как-то совладать – слить дерьмо в другой мир. Канализировать.
Макдональдс поразил советских людей в конце 80 годов не столько гамбургерами, сколько чистыми туалетами. Реально в 80 годах в Москве не было чистых общественных сортиров такого уровня.
Организация непрерывно чистит этот дерьмовый мир, превращая его в цивилизацию. А культура и человек этому сопротивляются.
Славой Жижек в «Киногиде извращенца» цитирует фильм Дэвида Линча «Психе» в котором следователь, расследующий убийство, достигает обратного эффекта, включая унитаз.
Дерьмо – вместо того чтобы уходить, вдруг начинает лезть из унитаза и вместе с кровью заполнять всё вокруг.
Это – великолепная метафора управленческого кошмара. Кошмар – это вторжение дерьмовой реальности в наши ожидания и цели, в то, что мы конструируем своим управлением и своими организациями. Мы ожидаем того, что «ситуация по контролем» - дерьмо смывается, а оно нифига не смывается, а наоборот. Лихорадочно дергаем за все ручки, которые можно подергать, и черта с два.
Этот кошмар, скорее всего, пережил Горбачев – кнопки остались, но перестали работать. А ты только умеешь, что на кнопки жать. Другому не научен. А дерьмо лезет.
Этот кошмар – родовая травма России нулевых годов. Этот кошмар – постыдная и неприличная тайна. Поэтому, перефразируя Бродского, ворюга милей, чем дерьмовый правдолюбец-кровопийца.
Вот он младенческий крик околонулевого субъекта управления:
«Берите что хотите, только без дерьма, только без крови. Лишь бы не было войны. Ситуация должна быть под контролем. Надо заморозить дерьмо. Все поверхности должны быть гладкими и сиять. Надо сделать зачистки. Выключить всех дерьмократов. Замочить в сортире и спустить в канализацию.
То, что канализация изношена и сортир давно не работает – это враньё. Это не так. Мы же помыли. Побрызгали модными одеколонами. Сделали гламурненько. А если мы помыли сортир, значит он работает.»
Поэтому нам нужна реформа без реформы. Нам нужна борьба с коррупцией без борьбы с коррупцией. Нам нужна реформа милиции без реформы милиции. Нам нужен малый бизнес без малого бизнеса. Нам нужно управление без изменений.
Панически боимся крови и дерьма в котором купаемся. Стесняемся об этом говорить. Живем на замороженном дерьме и молчим об этом. Молчание о крови и дерьме – это молчание о реальности. Нежелание идти на терапию.
Это классическая репрессия – непризнание себя, потеря себя, нежелание лечиться.
Дерьмо надо превращать в почву под ногами, а не замораживать.

Владислав Тарасенко
Семь трендов (вызовов и проблем) менеджмента в 21 веке.

1. Общий отход управленцев от ценностей науки (просвещения и развития), анализа опыта.

Критический разум, анализ, моделирование и прогнозирование ситуаций, использование опыта постепенно уступают место «креативности», «интуиции», «предвидению», «целостному ощущению», «откровению», «драйву», «бренду».
Знание о реальности становятся менее ценными по сравнению с ощущениями о внутреннем мире человека и культуры.
Образование становится необходимым не столько для развития навыков мышления и принятия ответственности, сколько для получения связей и контактов.
Научное мышление вытесняется религиозными и пара-научными представлениями.
Знание перестает быть силой и необходимостью, и становится одной из функций или подсистем, которой занимаются специально обученные люди.
Ценностью становится не открытость, а сокрытие знание, не публичное сравнение и обсуждение проблем, а способность к манипуляции мнениями.

2. «Феодализация» корпоративного и государственного управления.

Динамика организаций определяется в большей степени кланово-сословными отношениями лиц, принимающих решения, чем реальными необходимостями, вызовами, социальными проблемами.
Статус в компании или государственной организации в большей степени становится рентой, платой за заслуги, участие в войнах, лояльность или родственные связи.
Корпорации и государственные организации всё больше напоминают «феодальные крепости» - в них всё сложнее проникнуть. Проникнув, их не просто покинуть.
Кланы начинают вести войны с использованием административных ресурсов. Это приводит к рейдерству, правовому нигилизму. Победителям дают ренты – должности. Проигравших выдавливают из игры вне зависимости от их управленческих результатов и достижений.
Оценка работы производится не по результату или эффективности менеджера в его организации, а по принадлежности к клану, способности сформировать услуги для вышестоящего феодала, победам в войнах.
Отношения с выше стоящим руководителем становятся единственной управленческой реальностью. Происходит генерация поколения управленцев, ориентированных исключительно на потребности своего руководства (феодала), оторванных от какой-либо социальной (человеческой) реальности.

3. Безответственность руководителей.

Цинизм становится нормой принятия решений, порождая безответственность – перед собой, своей семьей, сотрудниками, клиентами, поставщиками и пр.
Позиция по отношению к руководителю-феодалу «чего изволите» тоже является безотвественной, так как переносит ответственность за феодала в обмен на личную свободу.

4. Бренд-капитализм.

Стоимость товара определяется не его потребительской ценностью с точки зрения качества жизни человека или социальных потребностей, а исключительно ожиданиями потребителей.
Управлять ожиданиями дешевле и проще, чем решать социальные проблемы или инвестировать в науку и инновации. Поэтому будущее за низкокачественными и высокопафосными товарами и услугами.
Идеал бренда: новинки без инноваций, ВАУ эффект, форма без содержания, качество без качества.
Эта тенденция переходит в корпоративное управление – нужны ВАУ менеджеры, звезды – руководители «бренды». Люди не любят, чтобы их учили и напоминали о работе. Люди любят, чтобы их развлекали.

5. Капитализм катастроф и управление шоком.

Менеджмент освоил новую прибыльную нишу – прием «пугай и спасай». Одни и те же люди пишут сначала компьютерные вирусы, а потом программы от их защиты. Если бы Бен Ладена не было, его следовало бы придумать.
Шок мобилизует потребителя и заставляет его покупать наши услуги более интенсивно.
Так как общее качество управления падает ввиду «феодализации», то техногенные риски будут не уменьшаться, а увеличиваться.
Самолеты будут падать, поезда сходить с рельсов, а социальная истерия, вызванная техногенными рисками будет использоваться для развития индустрии безопасности.

6. Глобализация.

Глобализация – она не для всех. Она только для богатых чиновников, предпринимателей и интеллигентов. Эти сообщества будут возводить более высокие барьеры, формируя глобальные и космополитичные закрытые касты, устроенные по феодальному принципу.
Сословия богатых чиновников, предпринимателей и интеллигентов окончательно избавятся от комплекса ответственности перед бедными и всеми, кто не входит в их социальную сеть.
Бедные не глобализуются. Они будут жить в гетто и периодически убивать друг друга, что будет подпитывать капитализм катастроф. Богатые придумают способ жить на дистанции от бедных с минимальными коммуникациями.

7. Китай.

Китай ни с кем воевать не будет. Он просто придет везде где только можно и размножится. А глупые и ленивые белокожие обезьяны умрут сами или поубивают друг друга. Это не отменит ни феодализм, ни бренд капитализм, ни капитализм катастроф. Просто все – процентов на 80-90 будут китайцами.

Т.к. я без очков и не лохмат, не профессор социологии Йельского университета, могу повторить уже давно данное объяснение:

На протяжении всего периода коммунистической диктатуры в СССР ее вожди наипервейшей задачей считали создание ЧНТ, в чем, надо признаться, они весьма преуспели. Вот характеристики ЧНТ:
1) Слепое подчинение любому решению партии и правительства со страхом сурового наказания за малейшее неповиновение властям. Абсолютная управляемость. Поддержка всех преступлений, совершаемых государством.
2) Способность сдать кого угодно, если тот отличается от модели ЧНТ. Идеальным примером для подражания является Павлик Морозов. По числу доносов за взгляды советское общество, по-видимому, бьет абсолютный рекорд среди всех обществ во все времена.
3) Полное равнодушие к судьбе тех, кто с подачи государственных органов в чем-то "провинился". И если человека начали песочить на профсоюзном или партийном собрании, то стараются доконать дружно и без снисхождения. Арест воспринимается и как "справедливый" приговор - "просто так не арестовывают". (Десятки миллионов людей сгинули при молчаливом равнодушии общества.) Полное презрение к судьбе тех народов, против которых государство ведет войну (сегодня этим свойством обладают около 90% россиян - по-видимому, цифра для городского населения).
4) Лакейская благодарность за то, что его, покорного совка, в тюрьму не сажают. Уникальный пример - расстрельная статья за измену Родине включала в себя: негативный отзыв о качестве какого-либо советского продукта (например, если вы говорите - по-видимому, иностранцу, хотя в Комментарии это не уточняется, - что колбаса невкусная; впрочем, я не знаю случая осуждения за данное преступление).
5) Слепое доверие только к подцензурной государственной информации. Следствием этого стала утеря мало-мальски работающего критерия истинности информации - даже на бытовом уровне. В сознании человека место более или менее способного к прогнозу знания заняла слепая вера. По этой причине после краха коммунизма миллионы людей попались в сети бесчисленных религиозно-сектанских, финансовых, политических и иных шарлатанов. (Кстати, по данным опроса, по состоянию на 3 марта 2004 года, 91% россиян все еще слепо верит власти; в западных странах больше верят журналистам.)
6) Двое- а то и троемыслие: думают одно, говорят другое, делают третье. Ложь пронизывала абсолютно все: историю, политику, экономику, быт, мораль и т.д. (В посткоммунистическое время западные бизнесмены в один голос твердят, что с российскими коллегами невозможно иметь дело: они не соблюдают договор и в любой момент готовы предать партнера.)
7) Агрессивность в сочетании с безграничным хамством. Все, что когда-то принадлежало России, они считают СВОЕЙ собственностью, в том числе и земли, на которых проживают нацменьшинства: "ДедЫ за эти земли кровь проливали!". Аляска, Финляндия, Прибалтика, Польша, Средняя Азия, Кавказ и многое-многое - это все "МОЁ!!!" Не русских и американцев, живущих на Аляске, не финнов, прибалтов, поляков, грузин, армян, чеченцев и т.д., а МОЁ. (А потому и сегодня всех проживающих на "моей земле" следует "мочить в сортире"! При этом, когда русский националист, стуча кулаком по столу, кричит "МОЁ!", его глаза наливаются кровью, изо рта летит пена и становится действительно страшно...)
8) Черная зависть: чтобы жить лучше других, надо не самому преуспевать, а топить других, вплоть до физического уничтожения (в постсоветское время). (Как наследие - ненависть к олигархам и вообще к богатым, независимо от законности их доходов. По данным социологического опроса, сегодня 70% россиян ненавидят богатых. Здесь уместно напомнить известную историю. Старая дворянка, потомок декабристов, услышав на улицу шум, просит служанку узнать, что там происходит. - "Там демонстрация". - "А чего они хотят?" - "Они хотят, чтобы не было богатых". - "А мои предки мечтали о том, чтобы не было бедных".)
Однако, если не касаться вопросов этики, прав человека и политики, то россияне вполне даже симпатичные люди и по виду не скажешь, кто из них ЧНТ.

бобщенный социопсихологический портрет

Сегодня, когда последние правозащитники брежневской эпохи сходят со сцены, а описывать уникальнейшее явление в истории человечества часто пытаются люди "со стороны", которым нравственная позиция правозащитников в принципе не доступна для понимания, считаю необходимым оставить свои свидетельство и понимание явления на абстрактном уровне.

Модель человека нового типа (ЧНТ), или "совка". (Как наследие - ненависть к олигархам и вообще к богатым, независимо от законности их доходов. По данным социологического опроса, сегодня 70% россиян ненавидят богатых. Здесь уместно напомнить известную историю. Старая дворянка, потомок декабристов, услышав на улицу шум, просит служанку узнать, что там происходит. - "Там демонстрация". - "А чего они хотят?" - "Они хотят, чтобы не было богатых". - "А мои предки мечтали о том, чтобы не было бедных".)

Это известный факт и далеко не единичный. Во многих общинах были скандалы с выходившими
в отруба - выходили ведь лучшие крестьяне, а не бедняки и бездельники, что резко ослабляло общину.

Так мы согласны! Как тот говорил: зачем же ты, гад, был первым учеником, так и мат-л для выстругивания ЧНТ попался оч даж подходящий. Не зря же, записки француза 200летней давности и поныне читаются как о настоящей РФянской действительности.