В нашем обществе есть одна проблема —не могу настаивать на том, что она главная, у нас есть еще тысячи проблем, решить которые сложно, а порой и невозможно. Но проблема разделения общества на умных, интеллигентных, образованных «своих» и тупых, подлых, пьющих, бездействующих «чужих» — фундаментальна для России.

Граница эта весьма умозрительна, но на протяжении столетий она отделяет одну часть нашего общества от другой, как Великая Китайская стена — Поднебесную империю от диких степей. Правые объясняют эту ситуацию норманской теорией, дворянством, православием, духовностью, унижением русского народа в ХХ веке и еще черт знает чем. Либералы — рабством, отсутствием свободного рынка, проклятым совком, пьянством, православием и тоже черт знает чем. Но в любом случае такое положение дел воспринимается как естественное. Лучшие представители европейского народа, европейского лингвистически, культурно, территориально, говоря о восьмидесяти процентах своих соплеменников, называют их быдлом, гопниками, чернью (именно этим словом воспользовалась для обозначения народа месяц назад на страницах этого журнала Юлия Латынина в дискуссии с Юрием Сапрыкиным) и не видят в этом ничего предосудительного.

Рассуждать о двух народах у нас считается вполне приличным, сентенции этого рода можно услышать от режиссеров, писателей, учителей, священников, государственных мужей. Вы можете себе представить современного европейского или американского интеллектуала, говорящего, что его народ наполовину состоит из недоразвитых морлоков? В ХХI веке такое возможно только в России.

Раздел происходит не по показателям дохода, социального статуса или происхождения — мы отличаем своих от чужих по особенностям речи, по жестам, одежде, книгам, образу жизни. Общество разделено, и то, в какой части вы оказались, не зависит от вашего выбора. Доступность хорошего образования, среда, семья — вот решающие факторы. Признание гностического тезиса о «двух народах», о «людях и быдле» освобождает удачливого индивида от заботы о большинстве, и таким образом большинство становится еще более забитым и диким. Фактически мы, представители пресловутого «креативного класса», отдаем своих сограждан в руки манипуляторов — политиков, фашистов и мракобесов.

Есть и еще одно интеллигентское заблуждение: субъектами в стране являемся только мы и власть. Некое высшее сословие. Некоторые считают, что мы можем договориться, другие — что мы должны конкурировать, но никто не принимает в расчет «простецов». В этом заблуждении находится не только интеллигенция, но и власть. И они, и мы одинаково «живем, под собою не чуя страны». Мы вместе говорим о согражданах в третьем лице.

В этом принципиальное различие между россиянами и европейцами. Нельзя жить в Европе, состоящей из нескольких кварталов или городов, окруженных Азией. К согражданам следует относиться как к близким родственникам, живущим с нами в одном большом доме. Из безумия русской жизни мы сможем выбраться только вместе. Не «креативным классом», а всем народом, вместе со Светой из Иваново и прочими голосовавшими за Путина. Что могут сделать «люди Болотной площади»? Ответ банален, неприятен, но очевиден. Просвещение. Мы должны просвещать и добиваться равного доступа к образованию, бороться против неолиберальных законов, уничтожающих массовое среднее и высшее образование. Именно этим и занимался «креативный класс» XIX столетия — тогда, когда и возникло слово «интеллигенция».

Чем нынешняя ситуация отличается от того, что было год, два или сто пятьдесят лет назад? Почему именно сейчас этот вопрос стоит так остро? Причин две. Первая: сейчас о «двух народах» говорят без намеков и обиняков, не шепотом, а во весь голос. Вторая, более важная. Власть сделала нам фантастический подарок. За последние несколько месяцев правящий класс, не ведая, что он творит, сделал для позитивных изменений в России куда больше, чем все наши болотные, пушкинские и проспекты Сахарова. Власть использовала в пропаганде (чем и обеспечила себе сомнительную победу) тот самый миф о двух разных народах, живущих на одной территории и пользующихся одним языком. И внушила «большому народу», что является его властью, стоит на страже его интересов и борется за его ипотеки и «более лучшую одежду» с внутренними врагами.

Государственная машина, которая с 93 года уничтожала малейшие поводы для политизации общества (вспомните марши несогласных, вспомните отсутствие всякого внимания со стороны масс к ним и политическому процессу в целом), оказалась перед необходимостью прибегнуть к помощи «населения». Режим вывел на улицы тысячи людей и склонил миллионы к коллаборации. Власть объяснила людям, что именно от их голосов зависит судьба страны. И молчаливое большинство поверило в свою субъектность, у аполитичных людей зародилось политическое сознание.

Власть раздавала обещания и взятки. Теперь ей придется платить по счетам, а значит, действительно встать на сторону народа: сделать образование доступным и качественным, медицину — надежной и всеобщей, суды — справедливыми, милицию — эффективной и безопасной, обеспечить стариков нормальной пенсией, разорвать равенство между тюремным наказанием и смертью… Вы в это верите? Но власть заставила поверить в это миллионы людей — тех самых, которые уже узнали, что они не тупая бессмысленная толпа, а граждане страны, которые принимают решения. Пусть эти решения и сомнительны с нашей точки зрения, но они начали выбирать и анализировать. То есть делать то, чему мы, презрительно отмахиваясь, их не научили.

Мы обязаны начать объяснять, учить, говорить. Не беседовать между собой, а говорить с людьми. Теперь наш выход, если мы, конечно, действительно хотим изменить наше общество.

Подробнее: http://kommersant.ru/doc/1922217