Депутат Госдумы Евгений Федоров («Единая Россия») предложил поменять Конституцию — исключить запрет на государственную идеологию и отказаться от приоритета международного права над национальным. А на прошлой неделе депутат Госдумы Елена Мизулина («Справедливая Россия») предлагала закрепить в Конституции особую роль православия. Ее не поддержал глава Чечни Рамзан Кадыров («Единая Россия») — он указал на важную роль ислама. И мои друзья в «Фейсбуке» не поддержали, и теперь во френд-ленте стоит плач по основному закону.

«Народные умельцы вот-вот предъявят поклонникам своего таланта новую творческую удачу — изделие в традиционной технике ручной чеканки — сувенирную конституцию», — пишет режиссер Павел Бардин. «До последнего времени можно было ссылаться на российскую Конституцию, неплохой в общем-то текст, разговаривая о неправедных судах или постоянных ''подзаконных'' нарушениях. Но вот с цепи сорвалось рычащее "ми-ми" охранительной политики. Как только нам перепишут Конституцию, разговаривать станет не о чем. И наступят последние времена», — пишет поэт и гражданский активист Александр Дельфинов. Я как-то привык, что обычно с ними согласен. А тут вот не согласен совсем.

Что бы ни добавляли в Конституцию и чего бы из нее ни вычеркивали, ничего не случится. Конституция Российской Федерации не стоит и той бумаги, на которой она написана. Это не закон, а пустой звук, она была чудовищно плоха с самого начала, и за 20 лет с момента ее принятия доказала свою полную несостоятельность. Ее никто никогда не уважал, не исполнял и не исполняет — ни тогда, ни сейчас.

Причина этого не только в злой воле узурпаторов или в дурном правосознании россиян, а в самом тексте основного закона. Вообще, любая конституция пишется не по какому-то прекрасному всемирному шаблону, а с учетом традиций страны, особенностей момента и проблем, которые законодателям надо решать здесь и сейчас. Странная в современном мире американская норма о том, что президентом может стать только гражданин, рожденный в США, появилась не с потолка и была направлена против верноподданных британцев. Молодому государству нужно было как-то решать вопрос лояльности, и авторы конституции посчитали, что «коренное» происхождение — надежная гарантия от симпатий к заокеанскому королю.

В России на протяжении всей ее истории были две главные проблемы: опасность подавления человека государством и риск узурпации власти. А конкретно в 1993 году Конституция должна была защитить Россию еще и от возвращения в СССР и от людей, сохраняющих лояльность развалившейся империи и свергнутой диктатуре. Конституция должна была содержать гарантии от этих опасностей, но она не содержит даже внятных механизмов защиты самой себя. Поэтому ее можно хоть игнорировать, хоть переписывать — ничего не меняется, Конституционный суд подмахивает любую дичь. Это вполне логично: принцип разделения властей хоть и упомянут, но механизм его не прописан. Как не прописаны механизмы формирования парламента, назначения судей и так далее. Не говоря уже про люстрацию. Вот если бы в Конституции было запрещено одной партии занимать больше, например, 60% мест в каждой палате парламента, а одному человеку — высшие государственные должности (президента, премьера, спикера) дольше, например, 12 лет в общей сложности, суммарно, с перерывами или без, то тогда Конституция хоть как-то гарантировала бы сменяемость власти и защищала бы от ее узурпации. А сейчас она просто провозглашает, как это было бы хорошо.

Считается, что регулятивная часть Конституции (которая про механизмы) у нас слабовата, а вот декларативная (которая про права, свободы и основные принципы) — вроде как ничего. При этом начинается Конституция с определения государства, а граждане с их правами плетутся следом. Конституция ФРГ, которая писалась как раз после избавления от диктатуры, начинается словами: «Достоинство человека неприкосновенно».

Конституция России должна начинаться словами: «Права, свободы и достоинство человека неприкосновенны». Она должна содержать слова: «Единственная и исключительная задача государства — обеспечение прав, свобод и благоденствия граждан», и потом уже публицисты и депутаты могут спорить о том, как понимать это благоденствие: как социальные обязательства или как обязанность создавать благоприятную экономическую обстановку. В Конституции России должно быть написано, что не существует никаких государственных интересов, которые противоречат интересам граждан и не совпадают с ними. И что никакое решение и никакая инициатива никакого органа или представителя власти не могут быть обоснованы «защитой государственных интересов». Эта формулировка должна быть просто запрещена в государственном обиходе.

Россия — социальное государство, гласит 7-я статья Конституции. А еще там написано, что в России охраняются труд и развивается система социальных служб. Так и написано, именно со словом «развивается». А должно быть написано, что в мирное время бюджетные расходы на оборону и безопасность не могут превышать расходы на образование и здравоохранение. Вот тогда это будет социальное государство, а не гигантская военная база, сооруженная вокруг нефтяных и газовых скважин и населенная бесправными не пойми кем.

«Каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства… Каждый может свободно выезжать за пределы Российской Федерации», — говорится в статье 27 основного закона. Это никак не помешало существованию десятков закрытых городов типа Сарова или Озерска, разрешение на въезд в которые получить сложнее, чем американскую визу. Тысячи работников закрытых предприятий — основное население таких городов, но не только их — не имеют права на получение загранпаспорта и выезд за рубеж. Это прямое и грубое нарушение Конституции, практиковавшееся с самого момента ее принятия, и никто никогда не думал его устранять. Странно считать, что ее перестали соблюдать только недавно.

Конституция важна как цельный документ, неизменяемый в его основных принципах. А частности вроде государственной церкви — это именно частности, виньетки, которые сами по себе не значат абсолютно ничего. Например, согласно 4-й статье датской конституции, «Евангелическая лютеранская церковь является официальной церковью Дании и как таковая пользуется поддержкой государства», что никак не ограничивает гарантированные той же конституцией свободу вероисповедания и светский характер государства. Так что не стоит возмущаться инициативам Мизулиной или «Единой России».

Конституция, которая не соблюдалась никогда, не заслуживает того, чтобы ее защищали. Ее нужно целиком выбросить на помойку и написать заново от начала и до конца. Нелегитимные депутаты Мизулина с Федоровым покушаются не на священную основу российской государственности, а на бутафорию, на фейк. Чем раньше они окончательно ее разрушат, тем лучше для всех.