На днях разговаривал с умным человеком. Очень умеренным, очень взвешенным, временами и местами лояльным (но так, чтобы это не вредило репутации), временами и местами оппозиционным (но так, чтобы это не вредило здоровью). Умный человек мне сказал: «Они накроются. Теперь это совершенно очевидно». «А когда?» — спросил я. «А как деньги кончатся, так и накроются. Если попробуют поиграть в диктатуру, закрутить гайки, кого-нибудь демонстративно посадить, то накроются очень быстро – у них кишка тонка. Они не докрутят, не додавят, и все взорвется. Если просто расслабятся и отдадутся течению истории, то какое-то время потухнут, а потом все равно накроются».

Это оптимистичное рассуждение, отнюдь, впрочем, не оригинальное по нынешним беспокойным временам, грешит, как мне представляется, одним существенным изъяном – оно чересчур абстрактное. А от того, хоть и ласкает слух и будит воображение, выглядит не то чтобы легковесным, но каким-то не вполне реалистичным. Ну, в самом деле, как мы себе это представляем? Помните, в советские времена была такая частушка «Встал я утром – здрасте, нет советской власти…» Тот факт, что тогда все прошло примерно по этому сценарию, рождает сегодня смутные надежды на то, что и чекисты рассосутся как-то незаметно. То есть мы, конечно, постоим пару дней у Белого дома, улюлюканьем проводим отлетающего на вертолете Путина, потом какой-нибудь лихой парень влезет на танк, весь утыканный гвоздиками, произнесет пламенную речь, и мы пойдем отмечать окончательную и теперь уже бесповоротную победу демократии.

Неплохо, если все так и случится. Но что-то я сомневаюсь. Сомнения мои основаны на одном простом, но, тем не менее, непреложном факте – Путину по собственной воле совершенно некуда уходить. Хоть в буквальном, хоть в переносном смысле. Он, вольно или не вольно, сам создал для себя такую ситуацию. Другими словами, его можно только уйти. Исчезновение Путина с политической арены – главное и непременное условие смены политического режима в России.

Существуют всего два сценария ухода Путина. Один без участия Медведева. Другой — с участием Медведева. Но и в первом, и во втором варианте есть одно обязательное условие — они оба реализуемы только при наличии мощного давления со стороны гражданского общества. Причем, самых разных его компонентов – от элит до офисных менеджеров и производственного сектора. Это вовсе не означает, что ныне лояльные власти политики и допущенные до кормушки магнаты вольются в дружные ряды демонстрантов. Они встанут в оппозицию к власти в тот самый момент, когда поймут, что эта самая власть больше не обеспечивает им сохранения статус-кво, стабильности, минимальных гарантий незыблемости их политического и финансового положения. Они начнут страховаться, искать другие точки опоры. Тут, разумеется, многое будет зависеть от степени аффилированности. Это и называется раскол элит. При малейшей угрозе реального кризиса власти, при первых признаках осыпания пирамиды Путина начнут сливать все, кто только будет в состоянии это сделать. Причем, я бы сегодня даже не взялся предположить, кто окажется в первых рядах гонителей и хулителей «национального лидера». Если кому-то кажется, что список этих людей очевиден, и все они в той или иной степени примыкают к так называемому «либеральному» крылу нынешней властной конструкции, то я бы не торопился с подобными выводами – тут могут быть самые неожиданные сюрпризы. И причитания «но мы же не знали всей правды», «мы же искренне заблуждались» польются и из Думы, и из Совета Федерации. И найдется какой-нибудь мощный силовик, «настоящий полковник», который громогласно начнет клеймить и разоблачать, разоблачать и клеймить. И его будут показывать по всем каналам телевидения, потому что руководители этого самого телевидения тоже ведь ни о чем не знали и ни о чем не догадывались. Не говоря уже о политических обозревателях и ведущих аналитических программ. Так было всегда и везде. Так будет и в России.

Какие же в этой ситуации открываются возможности для Дмитрия Медведева? Не так много, прямо скажем. Он либо разделит судьбу своего старшего товарища, а она, замечу между делом, может оказаться непростой, либо сам возглавит кампанию по либерализации политической жизни в России. И начать придется с поступка, по сравнению с которым война с Грузией покажется детской шалостью – Медведев должен будет отправить Путина в отставку, тем самым объявив старт политическим реформам. Ему может пойти в зачет только этот шаг.

Нет никаких сомнений в том, что сегодня многие скажут – утопия чистой воды. Даже если предположить, что у Медведева достанет воли и решимости совершить столь бесшабашный поступок, то, чтобы это совсем не выглядело авантюрой, надо же иметь сколько-нибудь значимый ресурс, заручиться поддержкой каких-нибудь важных чинов в разных ведомствах. И кто те люди, которые согласятся так рисковать?

А никто и не говорит, что перед Медведевым стоит простая задача. Но давайте все же не забывать, что, хоть и формально, он — глава государства, а, следовательно, должен осознавать какую-никакую ответственность перед страной и стремиться к тому, чтобы события в ней развивались в конституционном русле. К тому же он, как говорят, человек совсем не глупый и в определенный момент обязательно поймет – другого шанса остаться на плаву у него просто нет.