"Демократия - это не народовластие", - утверждает Валерия Новодворская в своей недавней статье на "Гранях". Ибо "народовластие может привести и к фашизму, и к коммунизму" - на выборах выиграют "красно-коричневые популисты или прихлебатели власти". А демократия - это "власть просвещенного народа, который готов собраться под святое знамя либерализма". Пока же народ недостаточно просвещен и не принимает либеральные ценности добровольно, демократия "будет трагедией, прежде всего для демократов, и триумфом для коммунистов и неонацистов".

А раз так - никакой демократии! Потому что "хороша только та игра, которую выиграют либералы, а не нацисты и коммунисты". Ведь "играем мы не только за себя, а за страну, и проигрыша быть не должно".

Собственно, именно эта тема с небольшими вариациями исполняется Валерией Ильиничной с середины 90-х. Напомнить?

"Сейчас не до пустяков - не до права народа решать свою судьбу. Свобода выбирать социализм и коммунизм не может быть предоставлена. Риск слишком велик"... "Фашизм и коммунизм нелегитимны, даже если всенародно избраны. Народ может запросто избрать чуму или холеру, и это не означает законности власти, а только слабоумие избирателей"...

Вообще-то демократия - это именно народовластие (по-гречески "демос" - народ, "кратос" - власть). Но дело не только в точности перевода, а в том, что логика Новодворской по сути ничем не отличается от логики тех, с кем она ведет непримиримую борьбу. Полное "единство противоположностей".

Что сделали коммунисты после своей победы в 1917-м? Разогнали Учредительное собрание, где у них не было большинства, и чтобы "слабоумный" народ случайно не выбрал "не тех" депутатов, надолго (до 1936 года) лишили избирательных прав представителей "эксплуататорских классов" и другие "чуждые элементы". Напомним: избирательных прав (а также права работать в государственных органах и получать высшее или техническое образование) лишались бывшие офицеры, полицейские, лица, использующие наемный труд, живущие на "нетрудовые доходы", торговцы и посредники, священнослужители и монахи (а также члены их семей). Это, как нам объясняли в советских учебниках, было необходимым звеном в создании государства диктатуры пролетариата.

Потом "лишенцев" не стало - избирательные права дали всем, - но избирательная система уже была выстроена так, что никто кроме кандидатов от "нерушимого блока коммунистов и беспартийных" не мог стать депутатом. И долгие годы никакой возможности "решать свою судьбу" у народа не было: ее решили без малейшего его участия.

Двадцать лет назад, 26 марта 1989 года, прошли первые за много лет альтернативные выборы. И именно с этого момента начала рушиться коммунистическая система.

Замечу: "Демократический союз" во главе с Новодворской тогда (как и через год, в 1990-м) заявлял: участвовать в выборах нельзя, советская власть нелегитимна, избираемые органы власти незаконны, мы их не признаем... К счастью, в рядах "Народного фронта", а потом "Демократической России" взяла верх другая точка зрения.

А потом наступили 90-е годы, когда у власти оказались люди, называвшие себя демократами. Вот только логика их поведения очень быстро стала совсем не демократической. Они поняли, что проведение "радикальных реформ" вопреки интересам большинства граждан неминуемо приведет к тому, что на выборах они потерпят поражение. И начали создавать систему несменяемости собственной власти. Суть была проста: каковы бы ни были настроения граждан, у власти должны оставаться мы. И никто больше. Конечно же, под благовидными предлогами: "нельзя чтобы на выборах победили противники реформ", "не допустим коммунистического реванша" и так далее.

Еще осенью 1991 года под тем предлогом, что выборы выиграют "противники реформ", были отменены выборы губернаторов: мол, пусть их назначит Ельцин, тогда они уж точно будут "убежденными реформаторами". Кто помнит, кого он назначил? Большей частью первых и вторых секретарей обкомов КПСС. Ну, а в 1996 году известно как были проведены президентские выборы - перед которыми всерьез обсуждались варианты их отмены (поскольку Ельцин может проиграть) или непризнания результатов (если выиграет Зюганов). И все это делалось властью, которая считалась демократической, но не стеснялась заявлять, что коммунистов во имя "продолжения реформ" нельзя допустить к руководству страной, даже если неразумный народ за них проголосует.

Еще нам объясняли, что, придя к власти демократическим путем, коммунисты немедленно отменят все демократические процедуры. "Поэтому вы хотите отменить их сами? - поинтересовался я тогда у одного из сторонников такой точки зрения. - Чем тогда вы лучше их?" Ответа не последовало. Конечно же, Новодворская тогда выступала за отмену президентских выборов ("из-за угрозы победы коммунистов") и требовала ввести чрезвычайное положение или провести референдум для продления полномочий президента до 2000 года, а затем яростно поддерживала Ельцина. Того самого, которого во время войны в Чечне именовала "фашистом" и "военным преступником", требуя отстранить его от власти.

Надо ли удивляться, что именно с этого момента началась дискредитация и самого понятия демократии, и тех, кто называл себя демократами? Ведь они цинично и открыто дали народу понять: что бы он ни думал, как бы ни оценивал власть, сменить ее ему не дадут.

А потом наступила путинская эпоха, когда избирательная система, выстроенная при Ельцине для "недопущения победы коммунистической оппозиции", начала эффективно применяться, чтобы не допустить к власти любую оппозицию, и в первую очередь демократическую. Ведь "путинцы" - точно так же, как Новодворская, - полагали, что хороши только те выборы, которые выигрывают они. И чтобы выборы не выиграли "не те", они сначала отменили выборы губернаторов, потом отменили одномандатные округа в Думе, потом запретили избирательные блоки, потом отменили графу "против всех", потом начали "зачистку" партий, а для надежности стали просто не допускать на выборы "неправильных" кандидатов.

Конечно, не все сводится к выборам, которые сегодня очень часто оказываются предрешенными - по причине отсутствия независимого суда, малого количества свободных СМИ, всесилия "административного ресурса" и массового нежелания граждан участвовать в заведомо нечестной игре.

Как разорвать этот порочный круг, точно не знает никто. Но чем больше люди, имеющие репутацию демократов, будут презирать свой "недостаточно просвещенный" народ, и требовать организовать на выборах такую "игру", чтобы выигрывали только они, тем меньше у них будет права протестовать против нынешней избирательной системы. Ведь, собственно, она построена по тем же принципам - только с другим запрограммированным результатом.