.Я могла бы рассказать эту историю от лица Пашкиной матери .Но , почему-то, я ни на один час не хочу рядиться в ее нечистые одежды- в ее засаленный на пузе зеленый пуховик , у которого ржавые кнопки натужно стягивают половинки в восьмерки , а карманы набиты липкими фантиками от карамели да семечками , не хочу натягивать на макушку ее бесформенную вязаную шапку с катышками грязи и времени, и ее кривых сапог , базарно-красных ,с облупившимися серыми носами, я не хочу . И не хочу, чтобы волосы мои хоть на час стали химически кудрявыми и желтыми.
Я не хочу думать, как думает она, и не хочу говорить, как говорит она- пришепетывая сквозь останки сгнивших в корень резцов , и по- куриному округляя маленькие татароватые глаза под жидкими русскими бровями. Я не хочу иметь в сумке завернутые в серую районную газету вонючие побитые в дороге вареные яйца и бутылку паленой водки для больного сына. Я не хочу иметь больного сына, даже на час.
…Поэтому я не стану рассказывать эту историю и от лица самого Пашки -почти слепого инвалида-колясочника ,левый глаз – пять процентов , обе ноги ампутированы по колено, правая рука обездвижена ,скомкана спастическим параличом , левая ведет себя намного лучше, но не вся, а только кисть.
Из всех Пашкиных конечностей рабочим остается только член. Говорят, хороший член.
Подробностей Пашкиного лица я не помню – какое –то обыкновенное лицо, серое и рябое - рябинки выкладывают рисунок генеалогического Пашкиного древа , семьдесят семь алкогольных поколений за спиной. Отступать некуда.
Да и слишком умен Пашка – он такое видел , чего мне ни видеть, ни понять нельзя ,он видел то, чего я бы не выдержала. Я просто боюсь рассказывать эту историю от Пашкиного лица, я просто боюсь увидеть во сне то, что видит в своих слепых снах Пашка, то , от чего Пашка кричит каждую ночь ,несмотря на седуксен.
…И могла бы я рассказать эту историю от лица девочки Людки. Но Людка –совсем уж дура, Людка так ничего и не поняла в этой истории, что же я смогу рассказать от лица девочки Людки?
…Вот потому –то я попытаюсь рассказать эту историю- романтическую историю любви ветерана Чеченской кампании , орденоносца Пашки и сестры милосердия Людки, и еще историю любви к Родине ,и к большой Родине, и к малой, и историю о юношеском бесстрашии и героизме , и о Великой Национальной Идее, я попытаюсь рассказать эту очень сложную историю от своего лица.
От лица человека постороннего . Человека , которому все равно, раз уж ничего нельзя в этой истории изменить. Я только боюсь, как бы в этой истории ,особенно ,в той ее части, которая касается Великой Национальной Идеи, ничего не изменил один красивый дурак, лауреат премии «Национальный бестселлер», заметный русский писатель с очень хорошо поставленным громким голосом и многотысячными тиражами.
Просто я очень не люблю войны и революции.
Поэтому я попытаюсь рассказать эту историю. Так ,как вижу ее я , обыкновенная и не слишком умная полурусская баба ,медсестра. Может, и это будет кому –нибудь интересно.
…Вы видели ,как плачут мертвые глаза? (штамп, штамп , штамп) В мертвых глазах тоже живут слезы .(штамп) Густые ,белесые от многой соли слезы. Концентрированные . Ползут по щекам ,медленно ползут, прорисовывая на коже кривые серые дороги.
Пашка плакал мертвыми своими глазами в пятницу ,22-ого февраля, перед субботой ,23-им. В пятницу по Пашкину душу приехали министр Обороны и телевидение .
Сидел Пашка в своей колясочке синенькой ,нарядный , причесанный , правая скрюченная ручка аккуратно уложена на коленочку- на Пашкино окончание . Дальше коленочек Пашки нет. Плакал Пашка без мимики . И без жестов, что естественно при Пашкином состоянии.
За спиной у Пашки –его желтоволосая мать, она тоже плакала ,не так ,как Пашка , а на разрезающую лицо тонкую прорезь улыбки выливала моря гордой боли , не утираясь. По телевизору больше показывали мать и министра , человека с простым русским лицом .
А самого Пашку показывали мало – телевизионщики умеют выбирать правильную фактуру. Министр долго говорил красивые и благодарные слова , и вручил Пашке Орден. Сам приколол блестящую звездочку на Пашкину грудь . И обнял. Как сына. И мать Пашкину обнял. Как мать. Этот кадр потом летал с канала на канал в телевизоре.
Потом всем раненым вручили по конверту с открыткой , лично подписанной министром , по три гвоздики, да по пакету с вкусными конфетами, и развели-развезли по палатам. Телевизионщики еще долго путались со своими проводами под ногами пьяненьких по случаю праздника медиков ,а министр уехал быстро, сразу уехал. Госпиталь расслабился и начал бухать по-настоящему.
…Людку никто не отговаривал от Пашки. Все всё видели , но никто не отговаривал. Потому что –бесполезно. Не потому что, а потому, что –не поймет.
Было бы здорово для рассказа, если бы Людка была томной и тургеневской . С косою русой до жопы, например . И начитанная . Романтическая девушка с косою до жопы ,начитавшаяся Майн Рида и «Как закалялась сталь»
Но то, что было бы здорово для рассказа, для Людки не подойдет. Думаю, Людка ничего, кроме букваря, и не читала. На формирование Людкиной личности могли повлиять бразильянские сериалы да песенная тюремная лирика. Маруся Климова, прости люби-ма-ва.
Людкин родной город когда-то выполнял для Москвы функцию сто первого километра, хоть и километров чуть меньше. Город сосланных подальше от Олимпиады-80 флибустьеров, тунеядцев и пьяных романтиков. Штат Техас.Выселки. Перманентная резня на бензоколонке. Потому что бензопилы в нищем Людкином городе не особо водятся. Пусть будет на бензоколонке.
В Людкином городе почти все такие ,как Людка. Все в Людкином городе любят бразильянские сериалы , и все не читают книг. Зачем, когда есть сериалы и живая , горячая резня с участием родных ,близких или, хотя бы, бывших одноклассников ? Книги нужны тем,у кого тусклая реальность. Людкин город живет ярко.
Серая, невзрачная , неразвитая девочка, без возраста и без ума . Но с богатым на события прошлым. Немного косенькая . Абрис пьяного генеалогического Людкиного древа очень похож на древо Пашкино. Они совпали. Плюс- сериалы. Романтика, самопожертвование и Пашкина беззащитность,- вот что, я думаю , скрепило их союз. Те же самые факторы, которые скрепили бы возможный Пашкин союз с тургеневской ,начитанной и с косою до жопы. Поэтому- какая разница, читала ли Людка книги? Главное –результат, тем более,в армии.
В результате Людка ,регулярно , в силу служебных своих неквалифицированных обязанностей , Пашку кормившая с ложки и подмывающая Пашку над судном , в Пашку влюбилась. В результате во время одного из подмываний Пашкин дюжий сибирский член восстал . В результате Людка стала приезжать к Пашке вне рабочего графика, а просто так , и с водкой. В результате Людка забеременела. Прямо в тактичной и все понимающей четырехместной палате. Вот как. Хотите -верьте, хотите –нет. Такая вот национальная идея.
… Ах,Пашка , зачем ходил ты на войну? Ах,Пашка, зачем ты на этой войне выжил?
Мать поплакала –поплакала над слепым обрубком сына , да и уехала домой . Повезла домой Пашкин Орден . Орден, как орудие производства. Обмыть его всей родней, и –вперед. Строить Орденом светлое будущее .Просить и требовать. Не для себя, для Пашки . Он заслужил.
А Людка матери сразу не понравилась.
Мать увидела в косеньких Людкиных глазах голод. Голода мать боялась всегда, еще с войны , с другой войны, с той ,в которой она родилась. От которой ее мать, Пашкина бабка , тащила ребенка годовалого из теплушки в теплушку , через всю страну , от голодного картофельного Брянска , от немцев , от смерти, через две пневмонии в тощей детской грудке , через россыпи вшей в младенческих льняных кудряшках и ворованную свекольную ботву на обед , пока не уцепилась за добрую Сибирь.
Себя Пашкина мать помнила лет с четырех – радио, ура,Победа, отчим безрукий , большой красный петух больно клюнул в ногу . Голод мать помнила с рождения . Не любила лишних ртов, и своим ртам воли не давала . Поэтому и абортов сделала в пять раз больше, чем родила. Родила только двоих- Таньку , старшую ,да Пашку . Потому и картошку чистила всегда прозрачными ленточками .Потому и водку покупала всегда у соседки – у ней дешевле . Такая вот национальная идея.
… Домой Пашку везла уважаемая центральная газета. Организовали билеты на поезд , подогнали к КПП такси - микроавтобус с пандусом , цветы Пашке ,цветы сильно беременной Людке, на редкость трогательная статья в разворот , много фотографий с акцентом на Людкин живот. Обещали приехать , обещали помочь, вручили конверт с немалыми для солдата и санитарки деньгами. В Сибири мать ждала целых два лишних рта.
…В Сибири Людку ждали : новенькая машина «Ока» с ручным приводом (подарок военкомата) , новенький сруб –пятистенок под блестящей красной жестью (подарок области) , большая Пашкина сестра Татьяна , Татьянин муж Ванька , здоровенный красавец ,былинный богатырь ,весь синий от наколок , острая и нескрываемая ненависть свекрови , куры и поросята , да с поезда еще начавшийся черный Пашкин запой .
Из старого- судно, каша , массаж , левая рука уже самостоятельно держит ложку и стакан ,Людка, налей ,Людка ,поднеси, а блевотину Людка убирала сама, без просьб.
…Ах, Пашка , зачем ходил ты на войну? Ах, Пашка , зачем ты на этой войне выжил?
Впервые в жопу пьяный богатырь Ваня избил Людку, когда младенцу в Людкином животе было восемь месяцев от зачатия. Избил, и погнал раздетую, в тапках, Людку по ноябрьскому снегу . За то ,что Людка с выблядком московским, неизвестно еще от кого натраханным, будет жить в новом доме. В том, в котором должны жить они с женой Татьяной .
Это потом Людка , дочь сильного духом и всем остальным сто первого километра, привыкнет к побоям и перестанет чувствовать боль . А пока – а пока у Людки болит живот с неродившейся еще дочерью внутри, и залит красным глаз . А пока в жопу пьяный муж Пашка мычит и ссыт под себя вялой и мутной от застойных почек струей. Вместо того, чтобы встать и защитить . Ах,Пашка…Зачем? (штамп)
…Через месяц Людка родила темноволосую девочку , вся зрячая родня решила , что девочка –точно выблядок, а незрячему отцу было все равно, он все пил . Сибирь била-колотила Людку еще год. За дом, за два лишних рта, за автомобиль «Ока» с ручным приводом , на котором ездил еле умещающийся в крохотке недоразвитой здоровенный Ваня , а еще просто так били, по привычке.
Через год Людка из Сибири ,оказавшейся для нее недоброй , сбежала – с годовалым младенцем на руках , через всю страну, через сквозняки и влажные простыни плацкарты .Не знаю, заметил ли это Пашка.
Уважаемая газета , подсевшая на медоточивый сериал из жизни сестер милосердия и несчастных орденоносных ветеранов , высралась мутной и невразумительной статьей в разворот ,смысл которой можно передать в трех словах : «Что это было?»
… Вот, собственно , и вся история. Я долго думала , в какую рубрику мне воткнуть эту историю. Публицистика –не публицистика, какой из меня,нафик, публицист. Репортаж- не репортаж, переврала много ,собрала для красного словца десять визуальных образов в один. Рассказ –не рассказ, потому что это – не мрачная больная чернуха, это было , и кто-то ,наверняка, узнает и эту историю, и этого ветерана, и этого министра , и эту газету. Ну, да размещу в рассказы ,хоть повеселей будет.
Простите меня ,люди, чьи воспоминания я задела, и люди, которым я пририсовала несуществующие фантики от карамелек . Но ведь вы же и сами знаете, что именно так все и было. И именно так все и будет. Еще сто тысяч раз именно так все и будет. А всю правду про вас ,люди, я рассказать не могу-вся правда была еще страшнее и нелепей ,в правду никто не поверит. Так ведь, Людк ?
Простите меня и вы ,ветераны, ветераны всех войн и всех революций , люди, сильные и смелые люди, которых изувечила мясорубка . Я не спрашиваю, зачем вы выжили, я только спрашиваю, зачем вы туда ходили . Зачем вас туда посылают все время, все новых и новых вас , я не спрашиваю тоже – это такой глупый вопрос. Я намеренно не сделала из этой истории сказку , и неважно, каков был бы у той сказки конец. Важно, что я начиталась одного красивого дурака ,лауреата премии «Нацбест».
Важно, что я боюсь , что он сможет что –то изменить в истории – со своим хорошо поставленным громким голосом и многотысячными тиражами. Важно, что я очень не люблю войн и революций. Равно, как и национальных идей в любых вариациях. Как и оголтелой русскости. При том, что , в первую очередь, русская , обыкновенная русская баба, и очень люблю русский прозрачный березовый лес, и мокрый запах лиственной прели , и очень хочу сходить за грибами, да все никак.
Важно , что мне вспоминается грустный анекдот про цыгана : Ну что, детей новых нарожаем, или этих отмоем? Давайте попробуем сначала отмыть этих. Хотя бы попробуем.
И еще . Если вдруг случится чудо, и спустится из своих заоблачных революцьённых высот заметный русский писатель ,лауреат премии «Нацбест» с многотысячными тиражами, и увидит , что я обозвала его красивым дураком, то я перед ним извинюсь.
За «красивого». Потому что он- настоящий мужик, настоящий, построивший дом , посадивший много деревьев , почти вырастивший сына, да не одного, дающий работу людям , исправно платящий налоги , талантливый ,очень талантливый , иногда до слез талантливый.
Настоящему мужику не может быть приятно слово «красивый».
А за слово «дурак» я извиняться не стану. Потому что он не ведает , что творит. Потому, что я уверена, что он опасен. Не стану я извиняться за слово «дурак». Потому, что мне можно- я же обыкновенная баба, медсестра. Как и его мама.
З.Ы.
Очень впечатлилась
Захотелось поделиться
