Милицейское начальство засуетилось. Кровавая бойня, устроенная в московском супермаркете начальником ОВД «Царицыно» майором Денисом Евсюковым, наделала много шума. Убийцу, на совести которого трое погибших и шестеро раненых, открыто выгораживать никто не берется. Упор делается на исключительность события и «жесткую» реакцию вышестоящих органов.

Заместитель начальника Департамента охраны общественного порядка МВД РФ генерал-майор Николай Трифонов утверждает: «В семье не без урода». А в доказательство героической сущности милицейской корпорации, он рассказывает, что милиционеры рисковали своими жизнями, задерживая майора Евсюкова, а «могли бы убить – законом им предоставлено такое право».

Глава МВД России генерал армии Рашид Нургалиев дал указание о «повышении качества отбора кандидатов на службу в милицию и для назначения на руководящие должности». «Необходимо провести тщательную, всестороннюю, объективную проверку всех обстоятельств этого преступления, выяснить причины, которые толкнули Евсюкова на этот страшный поступок. В том числе, провести комплексное психиатрическое обследование», – приводит ИТАР-ТАСС слова министра.

Только что уволенный начальник ГУВД Москвы генерал-полковник Владимир Пронин успел сообщить журналистам, что задержанный милиционер характеризуется по службе положительно. «Он хороший профессионал, в воскресенье весь день дежурил в связи с празднованием Красной горки», – рассказал генерал.

Из всех высказываний милицейских генералов складывается цельный облик милиционера-убийцы: хороший профессионал, урод, по службе характеризуется положительно, но психиатрическое обследование провести не помешает. 

И это, в самом деле, так. Майор Евсюков, скорее, правило, чем исключение, как ни хотят убедить всех в обратном милицейские генералы. Конечно, не каждый работник милиции готов убить троих и ранить шестерых в ближайшем супермаркете. Но сплошь и рядом они готовы вымогать взятки на дорогах, обкладывать бизнес данью, крышевать бандитов, наживаться на проститутках, пытать задержанных. Народ милиции не верит и боится ее не меньше, чем уличной преступности. Поводов для этого более чем достаточно. Вот несколько примеров.

В 2005 году в Кемерово бывший начальник Кузбасского УВД на транспорте, генерал-майор милиции в отставке Юрий Леточных устроил стрельбу из наградного оружия, убив одного человека.

В 2008 году в Москве оперуполномоченный УБОП МВД России майор милиции Сергей Тарарушкин открыл прицельную стрельбу из табельного оружия по случайным прохожим, чтобы позабавиться. Два человека получили тяжелые ранения.

В Кемерово в 2007 году пьяный 23-летний оперуполномоченный отдела уголовного розыска ОВД по Рудничному району лейтенант Мучников выстрелом из служебного пистолета в голову убил местного жителя В.Ю. Романова, с которым он повздорил на дороге. С места происшествия лейтенант скрылся на своем автомобиле, однако не справился с управлением и попал в аварию, сбив при этом двух девушек 16 и 17 лет. Пострадавшие скончались. Автомобиль опрокинулся, и находившийся в салоне сослуживец Мучникова также получил смертельные травмы.

В 2004 году в Москве на станции метро «Сокольники» милиционер расстрелял безбилетника. 29-летний Рустам Байбеков с товарищем прошли в метро по одному билету; их догнал милиционер, который потребовал с Байбекова штраф за отсутствие регистрации. Денег у безбилетника не оказалось. После фразы «Что мне с тобой сделать, пристрелить, что ли?» милиционер выстрелил собеседнику в рот. Пострадавший чудом остался жив.

Подобных случаев не мало. За ними ясно видна движущая сила этих преступлений – ощущение хозяина жизни, сознание собственной безнаказанности, уверенность в высоком покровительстве и корпоративной защите. Мелочь, но показательно: вы слышали когда-нибудь, как сотрудники ДПС из своей машины велят кому-нибудь остановиться или освободить левый ряд? Они не просят, не предлагают – они рычат, орут в микрофон, их выкрики похожи на хриплый лай охранных лагерных собак. И это безо всякого повода – просто такая привычка, такое настроение, такая служебная манера.

Они считают себя слугами власти, которым сойдет с рук и маленькая хитрость, и серьезное преступление. Власть прикроет. Как прикрывала их в командировках на Северном Кавказе, когда можно было беззаботно швырять гранаты в подвалы жилых домов, где укрывались семьи с детьми. Как прикрывала, когда в фильтрационных пунктах и импровизированных тюрьмах насиловали девушек и убивали юношей безо всякого следствия и суда, а так – на всякий случай и в назидание боевикам. Как прикрывала, когда с залихватской омоновской удалью крушили дубинками черепа жителей Благовещенска.

Безнаказанность – вот девиз этих преступлений. А если дело и доходит до суда, то судьи проявляют завидную мягкосердечность. Вы думаете, лейтенант Мучников из Кемерово получил за убийство четырех человек пожизненное? Ничего подобного – 15 лет (половину отсидит, уйдет условно-досрочно и еще вернется в строй). За бойню в Благовещенске нескольких милиционеров приговорили к лишению свободы от 1 до 3 лет условно.

Многие еще, наверное, помнят московскую историю, когда два милиционера вломились в дом семьи Зуевых, чтобы отволочь в военкомат призывника. Заодно избили всю семью, которая вступилась за задержанного. Потом оказалось, что по ошибке задержали не призывника, а его брата. Какой конфуз! Одного милиционера оправдали, другому дали полтора года условно.

Сотрудники патрульно-постовой службы Западно-Сибирского УВД на транспорте прапорщик милиции Евгений Лебедев и старший сержант Василий Слюсаренко патрулировали поезд «Новосибирск — Владивосток». В этом поезде на свою беду ехал предприниматель из Читинской области Олег Корягин. С собой у него была крупная сумма денег на покупку автомобиля. На станции Дарасун милиционеры проверили у Корягина документы, а чуть позже пригласили пройти в служебное купе. Перед входом в купе предприниматель получил сильный удар в шею и потерял сознание. Очнулся на полу, руки были скованы наручниками за спиной. Корягин попытался встать и выбежать из купе, закричал «помогите». Милиционеры навалились на предпринимателя и пристегнули его наручниками к верхней полке купе. Затем Лебедев и Слюсаренко досмотрели вещи Корягина и обнаружили 280 тысяч рублей. 50 тысяч взяли себе, остальное честно вернули потерпевшему. Через несколько часов милиционеры высадили предпринимателя на станции Шилка и оставили его в местном отделении милиции, а сами уехали. Из отделения предпринимателя почти сразу отпустили домой. Какой срок получили разбойники из милиции? 5 лет условно.

В Чебоксарах начальник уголовного розыска Мариинско-Посадского РОВД Вениамин Прокопьев, приехав на дискотеку около Дома культуры, где произошла драка, недолго думая, выстрелил в спину 11-класснику местной гимназии Сергею Дубинину. Пуля прошла насквозь, задев правовое легкое. Приговор милиционеру – 10 месяцев условно.

В Читинской области сотрудник ГИБДД Андрей Филиппов останавливал машины не жезлом, как установлено правилами, а рукой. Проезжавший мимо на своей машине Виктор Кокташев решил, что милиционер просто машет кому-то, и проехал мимо. Тогда инспектор достал пистолет, тщательно прицелился и выстрелил. Пуля попала водителю в шею, он умер сразу. У 47-летнего Виктора Кокташева осталась жена и трое детей. Сотрудник ГИБДД получил за убийство полтора года условно.

У всех этих процессов характерные особенности. Всех милиционеров судят за превышение должностных полномочий. Будто действовали они, в принципе, правильно, но перегнули палку, перестарались. Соответственно, и наказание почти у всех – условное. Преступления вполне себе безусловные – с трупами, грабежами, насилием. А наказания – условное, потому что власть защищает себя как особое сословие граждан внутри страны. Если власть начнет преследовать милиционеров-преступников без снисхождения к их милицейским погонам, а хотя бы по той же строгости закона, что судят и остальных граждан, то милиция может перестать служить власти и начать служить закону. Как и должно быть в нормальном правовом государстве, но никак не получается в нашей стране.

Пока же власть предпочитает надувать щеки, говорить об усилении воспитательной работы и, в крайнем случае, некоторых чиновников увольнять, а других переставлять с одного места на другое. 28 апреля президент Медведев подписал Указ об освобождении от занимаемой должности начальника Управления внутренних дел по Южному административному округу Москвы генерал-майора милиции Виктора Агеева. Правда, он уже и без того был уволен. Еще 20 апреля, за неделю до бойни в супермаркете, об этом сообщил агентству Интерфакс начальник управления информации и общественных связей ГУВД Москвы Виктор Бирюков. Пресса сообщала тогда, что начальник московской милиции генерал Пронин принял отставку начальника УВД Агеева, а заодно и начальника штаба милиции округа Владимира Смирнова.

Вероятно, именно начальник московской милиции генерал Пронин, отводя удар от себя, предложил уволить уже уволенных – чего их жалеть! Однако шутка не удалась, все быстро вскрылось, хотя Медведев уже успел попасть в глупое положение. Через пять часов после первого указа последовал второй – на сей раз, об увольнении самого Пронина.

Увольнение после таких событий милицейских начальников в цивилизованных странах практика совершенно нормальная. Правда, обычно они сами подают в отставку. (О чем стоило бы подумать и министру внутренних дел Нургалиеву.) Но, увы, буква закона не соблюдена и тут. Президент не имеет права увольнять сотрудников МВД. И назначать их – тоже. Не президентское это дело. Конституция предоставляет президенту право самому назначать только председателя правительства, и то с согласия Государственной Думы, а также назначать и освобождать своих полномочных представителей, высшее командование Вооруженных сил, послов и федеральных судей.

Майора Евсюкова, скорее всего, признают психически больным и невменяемым. Чтоб не позорить честь мундира и положительный образ психически нездорового российского милиционера. Директор Центра им. Сербского уже заявила, что готова принять Евсюкова на обследование.